Хранитель для попаданки, или Любовь меж двух миров

Здесь стояла деревянная кровать, убранная каким-то серым покрывалом, хотя не могла быть уверена, что оно не посерело от старости. У кровати стоял шкаф с книгами. Вся противоположная стена была занята полками и ни одного свободного местечка там не было. Видимо, хозяин этого помещения был очень начитанным человеком. Здесь было еще одно окно, закрытое шторами. Возле него стоял пустой стол. На его краю были нацарапаны какие-то знаки. Они походили на нашу клинопись. Я хотела подойти и рассмотреть.

Я в этом не очень много понимаю, но могла узнать пару знаков.

Эргат внезапно взвизгнул, и я просто забыла про стол, бросилась к окну. Там было зарево заката. Оказалось, что комната была высоко над землей, словно являлась чердаком какого-то замка. Внизу был город. Впереди лес, за ним пики гор. Солнце садилось по правую руку, но красные огни застилали почти все небо. На этом красном зареве я увидела черные всполохи над лесом, спешно посмотрела на них через волшебную линзу и чуть не упала.

В небе танцевало черное пламя, а над лесом время от времени прыгали огромные черные волки с рогами и пламенными глазами. Они уходили прочь от заката. В зубах одного из них я увидела посох Глюквендера и сглотнула.

Не знаю почему, но у меня сердце сжалось, заболело, словно случилось что-то очень страшное.

– Вы здесь, как хорошо, – сказал внезапно мягкий голос в стороне.

Я обернулась. В дверях стоял почтенный старец в белой мантии. Настоящий Гендельф с фестиваля.

Высокий, с длинной бородой, с посохом таким же белым, что в этой пыльной комнате он, казалось, светился.

Эргат старика явно узнал и бросился к нему.

– Они… Они!

Он указал в сторону окна и, кажется, заплакал.

– Да, мальчик мой, – ласково сказал старик и обнял его второй рукой. – Они его поймали, но то, что его больше нет, ничего не значит. Клятвы сильнее смерти. Он вернется. Рано или поздно, так или иначе.

Последняя фраза показалась мне знакомой, словно я ее читала в какой-то книге, а может быть и не одной, но это было связано с магией и было не очень хорошим знаком, потому что речь шла о неизбежном, которое могло настигнуть любого в очень страшной форме тогда, когда его не ждешь.

Сначала я подумала об этом. Потом попыталась представить, какой должна быть клятва, победившая смерть, и только потом осознала, что речь о жизни и смерти.

– Что значит, его больше нет? – спросила я.