Добрый. Злой

А что тебя так удивляет? Дело серьезное, и уже столько, извини, косяков в этом деле было допущено, что больше ошибок позволить себе мы не можем. Ну вот. – Она говорила это «ну вот» по-русски, хотя разговор шел на латышском. – Когда он приедет, конечно же, его почувствуем не только мы. Скорее всего, «Крыло» тоже уже будет в районе вокзала. Там,кстати, у них не дураки сидят, но они не знают всего того, что знаем мы, так что, думаю, пошлют немного людей, по крайней мере, я на это надеюсь. Понимаешь, Дима, нам надо сделать всё так, чтобы не только Арон ни о чем не догадался, это как раз-таки не сложно, но и чтобы они ни о чем не догадались.

По крайней мере, сначала. Арон должен пропасть. А тогда уже пускай «Крыло» гадает, куда и как.

– Работать будем вдвоем с Юрой?

– Да. Ты же знаешь, я считаю, что в делах чем меньше людей, тем лучше. Техническая сторона дела тебе понятна?

– Возьмем печать. На какое-то время это его спрячет, если они, конечно, не придут с «овчаркой». «Овчарками» звались «аффектус» с этой особой способностью: находить кого угодно или что угодно в самых трудных условиях.

– Так он будет оставаться невидимым для них, если, конечно, они только не подойдут слишком близко, или он не применит свои способности действительно на полную катушку. И откуда только у него такие возможности уже на первые сутки? – Ласма покачала головой. – Ну вот. И знаешь, что еще? Возьмите с собой Интара.

– Проводника?

– Ты знаешь у нас другого Интара? Я понимаю, знаю всё, что ты хочешь сказать, – подняла она руку, обращенную ладонью к Диме в примирительно-останавливающем жесте, – но поверь, во-первых, с ним вам будет удобней передвигаться, а во-вторых, ты зря к нему так относишься.

Интар – прекрасный человек, хотя и немного необычный.

Дима хотел что-то сказать, но подумал, что это не самое умное – начать сейчас спорить из-за Интара.

– Мне всё понятно, – сказал он вместо этого и посмотрел на неё своими светло-голубыми глазами, которые резко резонировали с его черными волосами.

Лицо Ласмы переменилось, она улыбнулась и вновь стала обычной милой женщиной.

Ласма не была толстой, но легкая пухлость форм, пришедшая с возрастом, была присуща её телу. Она встала из-за стола и подошла к Диме. Дыхание её участилось.

– Официальная часть закончена, – всё так же глядя на не него с улыбкой озорной рыжей девчонки, сказала она.

***

До прибытия поезда оставалось всего пять минут, но никого из людей «Крыла» Дима пока не заметил. Это был плохой знак.