Кассетный клуб

Представьте картинку. Мне 15 лет. На излете солнечное лето. Полупустой автобус «икарус» песчаного цвета, пылящий по летнему асфальту. Вот я почему-то оказываюсь рядом с рослым парнем, средних лет, с длинными черными волосами. Красиво спадающими завитками до плеч и на смуглое лицо.

Образовалось свободное пространство в середине «икаруса», я неосознанно переместился туда, держусь за вертикальную стойку, прикрепленную к сиденьям.

Парень необычно высокий, на голову выше всех, он держится за верхнюю перекладину стойки.

Даже положил загорелый локоть на нее, потом посмотрел на меня сверху вниз. Как-то так изучающе. Я узнал что это Цой. И понял кто. Рядом со мной.

Музыку я слушал, в частности «Кино», как вся молодежь того времени. Видел по допотопному телеку клипы.

Цой, как всегда весь одет в черное. В стильной куртке, с «молниями», с засученными рукавами. Видимо он сюда заехал, в поисках творчества для песенных баллад. Я не посмел с ним заговорить. Что мог сделать? Ведь кто такой – простой пацан с деревни.

Мы стояли рядом, раздумывая о своем.

Проезжая дорогу как все пассажиры, которых свела судьба на короткий промежуток пути. Виктор вышел на вокзале. С тигриной повадкой спрыгивая с подножки «икаруса».

Сразу закуривая сигарету от спички, окутываясь сизым дымом, как корейский шаман. Скрываясь в дыму окончательно, легкой походкой он исчез на перроне вместе со спутниками. Они находились где-то в конце автобуса. А через месяц его не стало…»

Флинт отвернулся в сторону, помолчал, потом проговорил, тем тоном, каким говорит Горбатый из фильма «место встречи» засланному в банду Шарапову:

– История хорошая, сам ты складно поешь, будто был в том «икарусе».

Только вот ведь какая штука: ответь-ка на один вопрос – годков то тебе сколь? А, казачёк ты засланный?

Фредди широко улыбнулся, в свое время смотрел этот шедевр, читал книжку, поэтому он в ответ подхватил тон Шарапова:

– Что за предьявы, дядь? История ведь хорошая – сам признал. А то, что выдумал или нет, за это отдельный спрос.

Я рассказал, а ваше дело – верить, или нет. Так, или нет?

Немного задумавшись, Флинт произнес соображения от визита, без воровского сленга, что тоже выдавало человека с образованием специфичным:

– Я вижу, ты человек с понятием, хотя не нашенский. Косяков за тобой пока нет. Хорошо, давай так; мы не лезем в твои дела: кто ты, что ты, почему здесь объявился, а ты, не лезешь в наши занятия. Как понимаешь, лишние уши ни к чему.