Испытательный срок

 – Это ты со своим Прыжком – одной бандой меченные, одной кровью мазанные! Выгораживаешь ты его!

– Молча-а-ать! – рявкнул тут Дарников.

Ну, все типа сразу же замолчали. А он скрипучим таким голосом заявляет вдруг:

– Всё! Этот Мошков больше не нужен!..

Не, нормально, да? Вот сука!.. Помогай таким летописи разыскивать! Больше хрен дождётесь от меня чего хорошего!..

Я на Макса глаза скосил, на Гнуся, на остальных. Ну, Гнусь побелел типа, глаза вытаращил. А Макс – тот как-то сразу ко мне интерес потерял, словно и нет меня тут.

– Влад, послушай! – говорит Гнусь. – Не нужно Прыжка убивать! Он свой! Проверь его! Испытай!

– Чего там испытывать… – проворчал Дарников.

Не, нормально, да? Я осторожно так на ноги поднимаюсь, оглядываюсь. Не, не сбежать. Куча народу в моей берлоге, да в дверях ещё громилы торчат – поперёк себя же шире.

– Дай ему шанс! – настаивает Гнусь. – Пусть… ну, пусть он, например, с нашей группой пойдёт!

– Вы и так дойдёте куда надо, – бурчит Дарников. А на меня не смотрит даже, зараза.

И тут уж я голос подал.

– Ага, дойдут! – ехидно так говорю. – Вот этот вот, – и на Макса киваю, – всех и доведёт! Прямо в Совет Равнодушных! То-то в Каганате радости будет!

Макс посмотрел на меня – холодно так, безразлично – и вдруг заявляет:

– А что, Влад? Люди нам нужны. Пусть этот Прыжок с нами сходит.

– Папа твой – прыжок, – ворчу. – Когда тебя делал – подпрыгивал…

Ну, меня опять прикладом по боку. Встал я, о стену опёрся – тяжело стоять-то, вас бы столько раз прикладом, да ещё по одному и тому же месту… Но самое непонятное мне – это почему Макс вдруг решил меня защищать?! Чего это он за меня заступился, а? Непонятно… Не люблю я непонятного! И всё такое…

Дарников с сомнением смотрит на меня, на Макса и говорит вдруг:

– Чем дальше, тем меньше я доверяю и тебе, Игнатьев, и тебе, Ватолин.

А этому вот, – в мою сторону кивает, – не доверяю совершенно.

Лично мне фиолетово как-то, доверяет ли он мне и всё такое. Сам я тоже не доверяю ни Максу, ни Владу.

Разве что Гнусю… Кстати! Я ж ему в глаз дать хотел при встрече! Не забыть бы… Если жив останусь. Потому что сейчас разговор именно о жизни идёт. О моей. Шлёпнуть могут стопудово. То есть типа терять мне нечего. И я говорю тогда:

– А ты проверь! Все равно за Максом твоим глаз да глаз нужен. Вот я и послежу…

– А за тобой кто следить будет? – усмехается. – Бандит ты. Выродок. Дрянь.

Макс на меня опять с ненавистью уставился.