Испытательный срок

Ясно же – я за его счёт выехать хочу. Ну, мне-то плевать, мне главное в живых остаться.

И тут вдруг девка какая-то встревает. Говорит:

– Пусть этот бандит с нами идёт…

Голос у неё противный, хрипловатый такой, дребезжащий. То ли горло у неё искусственное, то ли от рождения голос такой мерзкий – хуже, чем у меня даже, честное слово!

Оглянулся я на неё – тьфу! Голосочку своему под стать. Не, не то чтобы страшная она очень (хотя и не без этого, конечно), а жалкая какая-то. Выглядит так, словно ей по башке ведром стукнули.

Мусорным. Полным.

Худая до ужаса, словно макаронина. Длинная к тому же, неказистая вся какая-то, на шлагбаум погнутый смахивает. А на ногах еле держится. Дунешь на неё – свалится. И стоит она не по-человечески… или это ноги у неё кривые такие?.. Не въедешь сразу. Напялила на себя непонятный балахон какой-то дурацкий, чёрный, и плавает под ним, как рыба пьяная, и всё такое… Нос востренький, птичий, со всеми присущими ему прелестями соответственно.

Волосы чёрные, короткие, непослушные. Торчат во все стороны, как солома на крыше дома после взрыва. Вот только глазища у неё (да, именно глазища!) – что ты! Силища такая в глазах, почище, чем у Дарникова. Огромные, чёрные… Они к её лицу даже и не подходят совсем. Да и вообще к ней не подходят. Вся нелепая, несуразная, хотя и заступаться пытается. А глазища-то горят, светятся!

А сам Дарников теперь уже взглядом по всем по нам по четверым прыгает – девка, Макс, Гнусь, я, опять девка… И кажется мне, что я своими словами про Макса в точку попал – не доверяет ему Дарников, ох не доверяет.

И всё такое. Почему не доверяет – фиолетово. Но мне это походу на руку окажется.

– Возьмёшь его в свою группу, Эллина, – сказал, как отрубил.

Девка кивнула, а я сразу же ляпнул:

– Оружие дайте!

Ну, мне сразу же и дали, типа опять прикладом и по тому же боку. Не, нормально, да? Не расстреляли, так что ж теперь, прикладом забить?! Суки.

– Вставай, Прыжок, – говорит Макс.

А в глазах его опять злость.

– Ничего, – отвечаю, – благодарствуйте, я пока что тут малость полежу, с земли не так больно падать…

Но встать, конечно, пришлось. Потому как с прикладом не поспоришь. Блин! И откуда у них тут столько прикладов?! По три штуки на каждом автомате, что ли? С ума сойти можно!

– Сегодня же отправляетесь, – приказывает Дарников. – Катя, возьми…

И блокнот старика того девке какой-то протягивает.