Пятница

Цепочка ее следов протянулась вдоль берега и снова уходила в джунгли. Катерина, по щиколотку, утопая в теплом, скрипящем, еще не успевшем нагреться на солнце песке, энергично пошла по своим следам. Цепочки мелких отметин на песке, видимо от насекомых, пересекали ее путь во всех направлениях. Вода была довольно далеко. По видимому, это было время отлива.

Она подошла к проему в джунглях, который уходил вглубь острова зеленой впадиной. Огромные, пышные кустарники, оказались кишащими птицами по обе стороны склонов.

Цепочки кокосовых пальм, расположились в верхней части поверхности этого проема, похожего на заросший овраг.

Катерина углубилась в туннель из зарослей.

Кресло она нашла быстро, потому как, везде висели обрывки и лоскутки ее платья, когда она ночью, ничего не соображая, бежала к берегу океана.

Кресло по-прежнему висело в хитросплетении лиан.

Вдруг, что то зашелестело над головой Катерины и шлепнулось рядом, с тупым звуком.

Она взглянула вверх. На пальмах, неподалеку, раскачивались несколько обезьян, размахивая руками и устрашающе вереща.

Второй кокос упал рядом.

Катерина погрозила обезьянам кулаком. Те заверещали еще громче. Она сдвинула ногой, кокосы в кучку, и, смело полезла на лианы. Обезьяны кинулись в рассыпную.

Катерина, не обращая внимания на крики обезьян, довольно с трудом, подобралась к креслу и осмотрела его. Сумки там не было. Кресло выглядело как кусок разодранного металла, перемешанного с обшивкой. Оно висело, благодаря поясному ремню, пряжка которого, оказалась зажатой двумя жгутами лиан.

Катерина уперлась ногами в одну из лиан, схватилась за ствол дерева и напряглась, пытаясь раздвинуть перепутавшиеся, дикие ветви этих зарослей. Пряжка выскользнула и кресло грохнулось на песок, развалившись на куски. Катерину обожгла мысль:

«О, Господи! Как же я весела здесь? Не иначе как, божий ангел охраняет меня!».

Она спустилась вниз и подошла к обломкам.

Задумалась.

Подошла к спинке кресла.

Осмотрела ее. Взялась за длинную, с зазубренными острыми краями плоскую железяку, и, стала интенсивно ее раскачивать. Дюралевая железка сопротивлялась недолго, и, вскоре в руках Катерины, оказалось примитивное, блестящее орудие, которое можно было использовать как длинный нож или даже – как оружие. Катерина с гордостью помахала «изделием» в воздухе и уселась рядом с кокосами. Распилить оболочку этим зазубренным инструментом, не составило труда.