Собирание игры. Книга третья. Петушки-Зазеркалье

Ууу! Капкан! А народ где? Я вас спрашиваю: вы для кого это строичте? Так изгаляетесь над кем? У тебя, графоман ты или постмудист, муза остаётся девственной, так ты людей «трахнуть» хочешь? Не выйдет! Мы то, новаторы от сохи знаем, что у дремучего автора и дичь жирнее… Хоть и дичь…

Сознание вообще – квантовая аномалия… Кот Шредингера… А вот бессознательное, подсознание – опора! Сон – опора, воображение – опора, интуиция – опора, э… романтические приключения – опора, э… стул этот мой плетёный – большая опора… Хе-хе.

Это хорошо лишь говорить философически о том, что реальность – лишь то, о чём мы договорились… А ты с задницей своей договорись! О!

Ну что? Пора выпить и «по-музицировать»! Ха, как говорил дядя Беня с Ришельевской, чуть наклоняя Музочку с Ланжероновской».

Эх, трепетала, небось, эта Музочка… Не знаем… Но сейчас трепетали руки по клавишам рояля… Затем затрепетали струны скрипки… Затрепетало само Время, радуясь какому-то высвобождению. Чего? Ну как чего – Ида этого нашего…, владеющего нами и пренебрегающего всеми сочинёнными идиомами.

Тонкая штучка, пацаны… Как та Ида с Аркадии… Между прочим… Как и та тонкость, что музыкант Савва Черский сейчас улетал из мира «плотного», да мира «потного» в Тонкие Миры! В Свежие!

Свежесть крала время! Оно не было «потным», не было тянущимся. Оно летело! Оно летело к ужину. Быть таковому!

… Вновь взялся за книги. Теперь не серьёзные… Сверхсерьёзные! О чём? О лиризме в солипсизме! О чём ещё-то… О поэтике, стало быть… О поэтике нашего, абсурдного, пацаны! О полезном в твоём хозяйстве сюре, Иде – высвободительнице пленников Ида! Вобщем Ю-ра с И-дой, и да, и нет, тудой-сюдой… Медленно, вкушая и лакомясь, смакуя и ликуя, Савва прочёл по нескольку страниц из «Москва – Петушки»… и «Алисы…» Он кувыркался в тексте, переворачивая ещё и ещё раз на свой лад словечки и фразочки… Иногда иной такой свой пируэт ему нравился… О, и пирует тогда поэт!… Скромно! Сбитнем! Не сбить поэта крепким алкоголем! Он словно голем, сотворённый ребе-трезвенником.

Пусть даже нервы – в ком, но без излишества… э…, за воротником. Играл и шалил наш Саввик… И размышлял… Ну, пытался… По мере сил…

«Додо… Этот герой – отображение самого До-До-Доджсона, профессора математики, гения милейшей и мудрейшей Абсурдистской «сказки». Более необходимой для взрослых… Ещё не отупевших… Хм, … это птица, чья речь перегружена научными терминами и всяческим «образованием»… Ну, это, разумеется, вообще большой недостаток… Я имею ввиду «образование».