Инсектерра. Выжить в любви

Не дожидаясь ее разрешения, Мано начал осторожно ее раздевать. К нему тут же присоединился Кадо. Воин не был порывист, как того требовала его натура, на сей раз он помогал сородичу с особенной осторожностью.

Может, был виноват настой амариты, но чувствительность тела Магрит резко возросла, а желание противиться чужим ласкам сменилось покорностью. Она изогнулась и слегка развела ноги, нетерпеливо поджимая пальчики.

Кадо издал протяжный горловой звук, видя, как хороша она, будучи обнаженной. Часто моргая, Мано изо всех сил старался сохранить равнодушный вид.

Он протянул в сторону руку, и тогда из сумрака вышел Наро, чтобы подать ему широкую глиняную чашу, из которой доносился приятный цветочный аромат.

Как только Мано принял ее, Наро тоже сел возле Магрит, бережно положил ее голову на свои колени и стал расплетать волосы, а потом расчесывать их без гребня, тщательно разбирая каждую прядь пальцами. Его натруженные, шершавые ладони ласково массировали ее голову, принося чистое блаженство.

Мано протянул чашу Кадо. Благодаря цветочному маслу руки воина мягко скользили по гладкой женской коже. От плеча он спустился ниже к запястью и стал поглаживать каждый пальчик, всхлипывая от вожделения.

"Я скоро возьму ее… Я глубоко и бережно войду в нектарную реку ее лона и буду покачиваться долго-долго… Остальным придется подождать. Кхре!"

Все тревоги исчезли в пряном аромате курений. Две пары сильных мужских рук ласкали податливое, мягкое тело, поглаживали грудь, осторожно разминали живот, и все это происходило в тишине, которую нарушали лишь шумное дыхание воина.

Магрит обводила комнату помутневшим взглядом и смущенно улыбалась, она уже не различала, где один кормис, а где другой.

А их движения становились все смелее и увереннее. Мано зарылся носом между ее полных грудей, а Кадо ласкал бедра, разводя ноги и целуя низ живота. Наконец он прильнул к ней губами, обнюхивая чувствительные складочки, прикрывающие лоно и горячо целовал их, а потом лизнул, ловя первые капли женского сока.

И только теперь из темноты вышел четвертый советник. Уно не стал окунать руки в чашу, а сразу же коснулся лица Магрит, внимательно заглянув в ее огромные глаза с суженными зрачками. Большие ладони наставника были такими же сильными, как у воина или строителя, но немного мягче, ведь им не часто приходилось сжимать рукоять топора или боевое копье. Прикосновения пальцев Уно походило на робкие поцелуи.