Журналист в кармане. Апокалипсис в шляпе, заместо кролика – 4

 – Искренне удивится Клава, направленно посмотрев на непритязательный вид одежды Михаила, видимо любящего один вид одежды, в которой он, и спит, и ходит в гости, если его туда позовут. Ну а Михаил далеко не глуп, чтобы не учитывать сей непреложный факт своего существования и нахождения в мятых брюках и давно уже поношенного пиджака, и он, используя свою видимую простоватость, очень умело использует сей факт для одурманивания Клавы, по своей сути девушки и самой просто душа и очень доверчивой (а люди близкие по интеллекту и живущие в одной парадигме отдушины и мысли, всегда тянутся друг к другу и чувствуют симпатию).

– Неужели по глазам прочитали!? – отточено актёрской игрой, искренне удивляется Михаил, раскрыв свои глаза во всю ширь от удивления. Ну а Клава было хотела уточняюще заметить Михаилу, что это совсем не так, но такова уж сила инерции и рефлексов, и когда Михаил во все глаза на неё посмотрел (а до этого он себе такого не имел право позволить из деликатности и из-за того, что он человек порядочный и выверенный), то Клава не удержалась и была обворожена близким и столь очаровательным взглядом этого интересного до удивления незнакомца, который начал нашёптывать ей, что он действительно в этом мире пропадёт, если он не найдёт для себя того, кто укажет ему жизненные ориентиры и станет проводником по жизни.

А Клава, что за наивная душа, как человек для которого сострадание не пустое слово, да и если быть до конца откровенным, она питает большую страсть к руководству, не сможет ему отказать и предложит свою помощь в качестве проводника.

А этот коварнейший из людей Михаил, в момент воспользуется этим её предложением и перехватит её ручку, чтобы значит, не потеряться. Ну а Клаве, с одной стороны непривычно и отчасти с приятным оттенком удивительно, чтобы за неё так крепко держались, ведь никто до этого момента не решался к ней так подтупить (слишком она строга на такого рода вольности), а с другой стороны это несёт для неё ряд сложностей по объяснению такого своего скрепленного ручной связью положения перед лицом того же мужа Клавдия.

У которого обязательно возникнут к ней глупые вопросы, когда она столкнётся с ним, будучи в такой ручной привязанности с незнакомым для неё пока мужчиной, то есть Михаилом.

– Скажу этому оболтусу, что этот человек слеп, а я вызвалась перевести его через дорогу. – Вначале вот так совершенно глумливо над умственным развитием Клавдия, было подумала Клава.