Журналист в кармане. Апокалипсис в шляпе, заместо кролика – 4

И Клава, как и любой человек на его месте, вместо того чтобы впасть в истерику и накинуться на Михаила с необоснованными претензиями: «Так это ты, гад, меня во всё это втравил!», ещё неосознанно переспрашивает: А куда надо?

А Михаил, как человек прозорливый и в общем, необидчивый и не злопамятливый, как тот же Клава, – он, видишь ли, обзывается, тогда как Михаил уже на один шаг приблизил его к своему прозрению (этот его гад и есть этот шаг), – и он не пользуется этим моментом контуженности, в котором находится Клава, когда он падал головой об мостовую, не всегда удерживаемый при себе Михаилом, а спокойно кивает в другую сторону, что находится прямиком напротив этой скамейки, на другой стороне улицы.

Клава же продолжает себя вести неразумно, враждебно и несколько возбуждённо. И он, переведя свой взгляд в указываемую Михаилом сторону, не желает там ничего хорошего для себя замечать, даже несмотря на то, что там всё для этого есть – цветущие деревья, красивые здания и их обрамления с цветниками, где даже есть маленький фонтанчик.

И при этом Клава так хитро обставляет это своё недовольство красотой жизни, что к нему с трудом только придерёшься.

– И что я там должен увидеть? – с таким нетерпеливым выражением, что ему прямо врезать хочешь-не хочешь, а захочется, вопрошает Клава.

Но Михаил тоже не лыком шит, и он вместо того, что разозлиться открыто на Клаву и с нервным выражением лица, с кулаками наизготовку, к нему подойти очень близко, с иронией ему замечает.

 – А сейчас уже поздно. Они уже зашли внутрь.

– Да кто они? – ничего не понимая, в растерянности задаётся вопросом Клава. А Михаил с улыбкой смотрит на него и не спешит его приводить в чувства – он знает, что теперь Клава полностью в его власти.

Глава

3

Сложности понимания друг друга объясняются их разными подходами к проблеме друг друга, или вообще.

– Держи, это тебе. – Протягивая Клаве газету, говорит Михаил. А Клава недоверчиво смотрит на газету и спрашивает: «Что это?».

В общем, ничего нового и он действует так, как это всегда и бывает в такого рода смысловых случаях, где каждая простая вещь подразумевает в себе загадку, хоть в ней её и нет, а сложнейшие головоломки в итоге на раз щёлкаются, хотя казалось, что нет такого ума, чтобы их разгадать, в общем, это как в детективном кино, когда человек отчётливо видит и чуть ли не знает, что ему предлагают, а он всё равно ищет скрытый смысл в том, в чём его и нет.