Гиперпанк Безза… Книга вторая

Кого сейчас Валькирия запросто может поймать на этой двусмысленной ситуации, всем своим видом давая шефу понять, что она определённо догадывается, с чем связано это его замешательство, этот с трудом скрываемый испуг, а затем уже эта его несдержанность на слова, выдающие его с потрохами, как человека прячущего что-то или кого-то в шкафу. И Валькирии всего-то нужно со значением посмотреть в сторону шкафа и многозначительно так сказать шефу: «У каждого, говорят, есть свои скелеты в шкафу», и шеф никуда не денется от того, чтобы впасть в бледность и немилость своего лица и, забыв обо всём том, для чего он требовал к себе в кабинет Валькирию и ещё там того, кто с ней в группе, начнёт ломать банальную комедию со своим оправданием.

– Не понимаю это вы о чём. – Крепясь в себе, говорит такое шеф, а сам тем временем бросает косые взгляды в сторону шкафа, в котором, теперь более чем уверена Валькирия, находится чей-то скелет. Вот, наверное, почему она сразу не могла определить его существенность, сбиваясь на местоимения кто и что, которые оба подходят к идентификации находящейся в шкафу личности, но только в разные промежутки времени.

Так в тот момент, когда эта никак пока что неидентифицируемая личность, о которой можно только предполагать, что она чем-то в грубой и жестокой форме насолила шефу, помещалась в шкаф в живом виде, хоть и в частичном сознании, то она определённо могла классифицироваться, как кто. А вот спустя ни малое время, потребовавшееся этой неизвестной личности для того чтобы крайне обветшать до своей костной основы, скелета, эта личность уже приобрела сознание что.

– Всё вы понимаете. – Подойдя к столу с шефом за ним, облокотившись руками об поверхность стола и уперевшись взглядом в шефа, проговорила Валькирия, и не давая возможности шефу начать выкручиваться и позорить себя отсылками к юридическим тонкостям: «Это всё ваше оценочное суждение! Вот как», своим следующим вопросом срезает все эти его возможные предпосылки так себя малодушно вести. – Кто он для вас, раз вы его держите в шкафу и до сих пор от него не избавились?

Ну а шеф, видя, что он Валькирию всегда недооценивал и что с ней можно иметь дело, глубоко вздохнул и признался ей в том, что всему виной его большое суеверие и вера в приметы.

Где одна шибко запала ему так в мозг, – держи врагов совсем рядом, – что он её буквально понял. И теперь Валькирия поняла, почему в кабинете шефа всегда стоял такой специфический, как все считали, трупный запах.