Гиперпанк Безза… Книга вторая

И что удерживает Алекса от своего немедленного отказа Валькирии так, без санкций руководства, работать (а это, между прочим, грозит большими осложнениями, в плоть до присутствия опасности для твоей жизни, если ты окажешься захваченным в собеседование гиперами, и не сможет предоставить доказательства своей настоящей идентификационной личности, которая, в случае санкционирования операции, будет сохранена в засекреченном файле и при озвучивании специального кодового слова, эта информация о тебе поступает в центр обработки данных гиперов и ты освобождаешься от дальнейшего рассмотрения; а если нет санкции, то не трудно догадаться, к чему может привести в случае твоей оплошности такая твоя самодеятельность) так это наличие в нём и другой, ничего не имеющей от рационального подхода точки зрения на предстоящее дело.

 – Если не на него, то на кого ещё может опереться в этом сложном деле Валькирия. – Вот такая мысль мотивирует Алекса соглашаться на это рискованное мероприятие.

– И кто у нас тут есть? – задаётся вопросом к Валькирии Алекс, не как только, а лишь после того, как они добрались до рабочего стола Валькирии, где она немедленно и с видимой спешкой, говорящей о её нетерпении уже всё начать, фигурально забирается в рабочий компьютер и давай там производить только ей известные поисковые действия.

И вот как только она там вошла в один из подразделов, в котором отслеживался приход и уход в их отдел лиц, предварительно не классифицируемых в своё определение кроме как подозреваемого в наличие в себе личностной субъектности с нарушениями внутренних установок до рассмотрения их технической, а затем этической комиссией, то Алекс и обратился к ней с этим вопросом.

– Сейчас посмотрим. – Не отвлекаясь на Алекса, говорит Валькирия, пробегаясь по списку имён задержанных людей. – Как тебе имя Альварес Себастьяно де Сара? – задаётся вопросом Валькирия, и далее, как по следам аналитической обработки озвученных Валькирией данных имён из этого списка и ответов на них Алекса можно понять, то начальный состав списка людей в него включённых, составлялся без какой-то либо заложенной в этот список структурной идеи.

Например, имена этих людей записаны по алфавиту или на худой конец по длине букв, составляющих имя человека из этого списка. Но этот беспорядок был замечен только в начале списка, а вот во второй его части наметилась видная тенденция к его структурированию по одному очевидному для составителя этого списка поводу.