Гиперпанк Безза… Книга вторая

Ну а что же всё-таки сейчас видит перед собой Валькирия, живо так представив эту кульминацию противостояния этих антиподов и антагонистов мировоззрения и воззрения друг на друга, Лома и беглеца, где при всём при этом, таком отторжении своего противника, каждый из них желает видеть на своём месте своего противника. А видит Валькирия в первую очередь человека в капсуле, беглеца (Лома она уже столько раз видела, и не только рядом, но и на чёртовых куличках, что ей он неинтересен). И его представление ей кажется заманчиво интересным.

Беглец, пока что только так описывается, вполне себе физически развит (а это не просто её предположение, а следственный вывод из наблюдений за Ломом), в мужском выражении и потенциале природно смел (что это значит в реале, то в словах бывает не объяснить внутренние самоощущения, тем более женского пола), плюс много чего по мелочи запоминающегося и придающего его лицу странную притягательность и примечательность, ну и главное, это его целеустремлённый на неё взгляд (может это только случайность, в которые Валькирия не верит никогда и нисколько), вгоняющий в сердечную тревогу и тоску опустошённости, когда он уходит в сторону и покидает поверхность своего сознания и лица уж затем.

А в противовес всему этому стоял Лом, человек с запредельным и в чём-то зарвавшимся самомнением, прикрывающим в Ломе всё его неустройство и что там в нём ещё по только его словам есть. О чём Лом в глубине себя догадывался, а когда перед ним лицом к лицу предстал беглец, человек в себе несущий и предполагающий всё то, что в себе не имел, а только озвучивал Лом, то его в тот час накрыла крайней степени антипатия к беглецу, ещё называемая ненависть такого рода, которая рождается изнутри себя при виде прямого конкурента всему тому, к чему ты стремился и себя готовил.

А ненависть и другое похожее, крайне интенсивное состояние своего раздражённого рассудка, вообще никакой советчик для рассерженного человека, а именно Лома. Спонтанно, ни с кем не посоветовавшись и не введя в курс своих планов, вдруг решившего, что для чистоты и большей эффективности проводимого эксперимента, будет разумно не интересоваться мнением объекта исследования и его самочувствием, когда он завысит до предела параметры подачи в нейроны мозга испытуемого обструкции напряжения силового тока и импульсного коктейля из психофазотронных радикалов и реагентов, с вероятностной возможностью введения беглеца в клуб отторженных реальностью, умалишённых.