Гиперпанк Безза… Книга вторая

– Если нас решили задействовать в таком деле, под грифом секретно, то держать нас под постоянным контролем, само собой напрашивается. – Говорит Алекс. И Валькирия со вздохом вынуждена с ним согласиться. – И где всё это будем забывать? – спрашивает Валькирия.

– Там, где это не вызовет вопросов и будет выглядеть как само собой разумеющимся. – Даёт ответ Алекс.

– У нас в отделе. – Проявляет проницательность Валькирия.

– В отделе. – Соглашается Алекс. – Это не будет их дёргать и бросать на наши поиски. Мы для них будет там, где должны быть по их планам, и они пока что от нас отстанут.

– Тогда идём. – Говорит Валькирия, выдвигаясь в сторону своего отделения.

– Идём. – Отвечает Алекс, выдвигаясь вслед за ней. А вот сейчас их путь уже не столь тернист, и у них есть то, что их сближает. А это делает путь не только короче, а куда легче, даже если используешь для своего перемещения в пространстве общественный транспорт.

– Заходим в отдел, быстро там свои дела делаем, – на всё про всё даю десять минут, – и на выход.

 – Сделала вот такое уточнение Валькирия после того, как по застарелой привычке, кою преодолеть и изжить в себе буквально кажется, что невозможно, своей рейтинговой картой на специальном считывающем устройстве подтвердила своё право на проезд по льготе. Тогда как прогресс не стоит на месте, и все общественно-значимые места давно находятся под визуальным контролем считывающих ваш голографический портрет и социальный капитал рейтинговых устройств.

А вот Алекс, явно идя в ногу с прогрессом по причине своей большой лени, что есть первоначало и мотивационный фактор зарождения прогресса мыслей, и носа не поведший в сторону этого атавизма времени – социальных картограмм, чья материальность есть самый настоящий классификационный рудимент отсталости прошлого для настоящего, многоуровневого в своей виртуальности времени, где материальность, как фактор закрепощения и физического подавления человека, принимается только в степени неизбежной необходимости (её пытаются свести на самый минимум) и всё что доступно человеческому разуму в виде объектов и объективной реальности, оцифровывается им и переводится в цифровой мир.

И Алекс, пройдя в салон электонита, а так-то автобуса для тех реакционеров мысли и невежд, кто живёт прошлым и ностальгией, с потерей памяти о которой, может тогда, наконец-то, наступит всеобщее благоденствие, вот на какую омрачившую его разум мысль наткнулся при виде того, как Валькирия не может обуздать свою привычку.