Гиперпанк Безза… Книга третья

И эта, скажем более демократично и воспитано, женщина неизвестного возраста, о котором можно только догадываться, а с точностью до года говорить о нём не будет прилично, а делать в уме догадки, исходя из вот таких этих подсказок, что эта женщина уже не та, что была прежде, и даже далеко не та, то это оставим на совести тех учёных, для кого не существует этики и нравственности, а им подавай одни лишь голые факты, со всеми вот такими подробностями в своём внешнем виде, на которые не считают нужным закрыть глаза все эти люди от науки, плюс она в одну экзотическую сторону своего характера была повёрнута – она добрейшей комплекции тётка, и в глазах прищурена (и это не только потому, что ей интересно в край смотреть на Умника и хотца знать, что он там ещё задумал), со всем этим удовлетворением в себе и желанием заодно ж выяснить, что это ещё за разговоры тут начались без на то её разрешения, посмотрела со вздохом на Умника, да и обратилась с этим в себе вопрошанием к одному из тут же присутствующих мальцов очень странного образа, – это были прямо юнцы школьного возраста, если они ещё знают, что такое школа в прямом её понимании, которые от всех своих ровесников отличались ярко выраженной целеустремлённостью ко всему, а сейчас к серебренной ложке в своих руках, с которой они не сводили своего взгляда, где последним штрихов подчёркивающих их самобытность была их буквальная голытьба на голове (одеты они тоже были не так уж, в какие-то тряпки), – сидящих на высоких табуретах по обе от неё стороны.

– Вы это видели? – как бы в сердцах спрашивает одного из мальцов эта женщина экзотического для Умника вида и характера (а так-то он может быть для неё экзотичен, если в этих местах такая как она есть обычность).

А мальцы, если быть поверхностно к ним внимательным, как Умник, то чисто визуально не должны ничего видеть. Но как понимает опять же Умник, то так поверхностно здесь вообще не мыслят и не рассуждают. И тогда, пожалуй, эти мальцы не только его видели, а они на его счёт уже сделали все возможные наглядные наблюдения и выводы.

Которые ничего хорошего не несут Умнику, как ещё он почему-то думает. Хотя почему? А на это есть свои причины и объяснения типа таких. Когда человек для себя оказывается неожиданно и вдруг в неизвестном пространстве и помещении, то одно уже это настраивает его на подозрения в сторону тех людей, кто его здесь встретил, а вначале значит так неудобно его поместил на шпагат.

А вот и ответ на загадку его помещения на шпагат.