Гиперпанк Безза… Книга третья

А так как Аидыч уже столько времени не проявляет своего раздражения, то Вишенка, запаниковав немного в его сторону, с той же бесцеремонностью заглядывает в примерочную, и вау, отпад. – Это то, что нам нужно. – Говорит Вишенка, и на этом выбор костюма закончен, как думал Аидыч, собравшийся было его снимать. Но у Вишенки на этот счёт были другие планы.

– Вы что собрались делать? – вдруг вопрошает Вишенка, глядя на то, как Аидыч собрался расстёгивать пиджак.

– Снять его, а что же ещё.

 – Ничего не поймёт Аидыч.

– Нет, так не пойдёт. – Говорит Вишенка. – Вы должны в нём выйти и оценится людьми со стороны.

– Этим Велианджело, что ли? – раздражённо вопрошает Аидыч.

– Именно им. – Заявляет Вишенка. А Аидыч посмотрел за спину Вишенки, и что за удивительная трансформация его лица, он как будто испугался. В чём он никогда не признается, но признаки для такого его понимания все есть. – В этом костюме? – вопрошает Вишенку Аидыч, раскрывая перед Вишенкой свои неизвестные области я.

– Придётся. – Понимающе говорит Вишенка.

– Ну если надо, так надо. – Обречённо говорит Аидыч, глядя на Вишенку. Вишенка же выдержала небольшую паузу и отошла в сторону, чтобы освободить проход для выхода Аидыча. Ну а Аидыч сплюнул, да и выдвинулся на выход из примерочной. Правда ему по своему выходу представилось, что он вышел из-за кулис на арену цирка, где он с непривычки не сразу смог отчётливо увидеть окружающую его обстановку и зрителей.

И только тогда, когда со стороны зрителей донеслось своё «брависсимо», Аидыч немного с ориентировался в пространстве. Но и только. А вот как ему отнестись к этому «Брависсимо» восторженного зрителя Велианджело-Пиеро, не скрывающего совершенно никак того, что он крайне удивлён тому, что у него всё-таки вышло и сумелось в человека переделать то, что и человеком назвать не поворачивалось назвать, то Аидыч лучше не будет никак относиться. И всем будет от этого лучше.

– Ну, теперь мы готовы. – Делает вывод Вишенка. Ну а что дальше, то дело техники и артистизма Аидыча, воплотившегося в образ человека-философа и структурного прогрессиста, Сен-Бернара…как его там? А, Леви, и его переводчицы госпожи Пеппер, за которую себя выдаёт Вишенка, прибывшие в этом дом культуры и быта для культурного обмена.