Люди слова

А эта реальность на данный излагаемый памятью информационный момент, который надо понимать, что существует в единственном числе и в каждом другом отрезке времени и месте, будет, как минимум понимаем иначе (это в Алексе его внутренний одитор, тот, кто вечно задаётся вопросами и критически смотрит на мир, говорит), была такова: Он, Алекс, благодаря встречи и участию в его жизни «капитана», где немаловажную роль сыграли его со временем развитые до совершенства способности убирать барьеры, открывать двери и находить пути в человеческие сердца и души, занял одно из ведущих мест – главы одиторского отдела в той организации или сообщества нового слова, которое и представлял вскоре ставший её главой «капитан» Мирбус.

Сулла же, несмотря на свой более поздний приход под крыло общества нового слова, проявил себя очень способным организатором, и опять же не без содействия (оно было обоюдным и набранные или как говорил «капитан», созданные им «новички», позволили ему сместить прежнее дискредитировавшее себя руководство во главе с отступниками и интерпретаторами слова, и стать во главе общества нового слова) «капитана», добился впечатляющих успехов в продвижении к высотам карьерной лестницы организации, став заместителем начальника секретного отдела общества.

Куда надо признать, вслед за Суллой всегда хотел попасть и Алекс. И вот когда ему представилась такая возможность, доказать свои способности и быть принятым в одно из элитных подразделений «особого отдела», то всё последнее время погружённый в свою работу Алекс, вдруг и обнаружил, что совершенно забылся и уже не помнит, когда в последний раз видел своих друзей.

Ну а друзья, скорей всего, устав ждать того момента, когда он им позвонит и договорится о встрече, для того чтобы он впредь их не забывал, мстительно решили проучить его и все разом сменили номера своих телефонов – а как ещё объяснить тот факт, что он не может до них дозвониться, и в ответ только и слышит, до чего же противный голос, со своей ненавистной фразой: «Абонент находится вне…», – ну а дальше никогда недослушивается.