Номенклатор. Книга первая

– И что ещё интересней, так это то, что эти законы справедливости или миропорядка, как за ними будет принято и признано, – а иначе кто им будет следовать (только дурной человек без нравственного начала – справедливости в себе), – в отличие от законов природы, есть следствие деяний человека, а не их причины. Хотя человек такая недисциплинированная, непредсказуемая и неуёмная натура, что он не остановился на одной констатации фактов в деле законности принимаемых решений, а он приступил к принятию таких законов, которые по аналогии с природными законами стали причинным источником справедливости, которая ставится во главе угла при вынесении судебного решения.

И подтолкнуло его к этому целесообразность. А когда принимается во внимание целесообразность принятия того или иного решения, то она всегда собой подменяет справедливость. – Здесь Публий так глубоко вздохнул, или всё же выдохнул, что в нём взяла верх его внутренняя целесообразность нахождения здесь в таком не слишком удобном положении и он … Воспрял духом и воображением, можно и так сказать.

А воображение, разбавленное мудростью сновидений, так далеко может завести человека и завело Публия, что и отличить вымысел от реальности, если честно, то не представляется возможным.

Часть 2

«Итог любой войны – правопо-своемуобосновать причинно-следственную связь». – Из анналов памяти работников ЗАГСа.

Император Цезарь Флавий Юстиниан… привет Трибониану, своему квестору.

«И это воистину великая весть, на веки вперёд определившая будущее человечества в правовой сфере взаимоотношений, с одной стороны воспаляет гордостью и отрадно слышать то, что причины, приведшие к этому решению, крылись в глубине веков далёких, и получается, что основания этого посыла в будущее, создание сводов законов, более чем фундаментальные, но с другой стороны, крайне печально осознавать то, что для этого потребовалось столько веков времени.

Ну а ещё безрадостней услышать, что стало толчком для всего этого, несомненно, богоугодного дела.

И как это неудивительно теперь приходиться слышать, то самый что ни на есть пустяк – человеческое я, со своими злоупотреблением своего положения и имеющими на тот момент законами. И единственное, что смягчает сердечную боль от этого знания, так это то, что всё это происходило во времена трагические, со своим сломом вех жизни и их устоев».

Глава 1

Первые шаги и предисловие дальнейших шагов.