Свидетели 8-го дня

Максимилиан смотрит по направлению взгляда Алекса, кивающего на стену за стойкой администрации, затем возвращается к Алексу, и с долей укора и непонимания такой опростоволосости Алекса, даёт ему ответ. – Часы – это наследие тоталитарного прошлого. Инструмент тотального контроля и подавления личности. И мы, как всякое свободомыслящее и этим живущее общество, давно отказались от них, дав личности жить и развиваться без этого контролирующего каждый твой физический и душевный шаг инструмента, предложив ей полную творческую свободу для своего развития.

И человек, имея в себе личный ориентир и датчик определения времени, сам, без внешнего воздействия, способен определить, который сейчас час, сколько времени и когда пришло его время. Так что в нашем мире полных свобод, каждый живёт в своём личном времени и пространстве. Что и даёт ему полную свободу для самовыражения.

А вот теперь-то Алекс понял в чём заключался подвох во всей этой истории с рассмотрением факта прибытия этих двух людей в итоговый пункт назначения.

Ведь если каждый из них живёт по своему личному времени, то … Как же тогда можно определить, кто из них, когда пришёл сюда, пришёл первым, не имея для этого общего знаменателя?

И Алекс от непонимания всего этого, не сдержался и на эмоциях вопросил: «А как же?!».

И только он этим вопросом выстрелил, как он вдруг отчётливо перед собой увидел то, что при первом своём видении не смог рассмотреть. А именно циферблат наручных часов Максимилиана, кои он демонстрировал при продвижения потребителю своего рекламного предложения, с так называемым слоганом: «Дать каждому своё время, которым он будет пользоваться не обдуманно, а сознательно».

И на этот раз циферблат часов Максимилиана увиделся Алексом со всей отчётливостью. И он мог разобрать из каких знаковых деталей он состоит. И как можно было понять, то он мало чем походил на обычные часы. А это было нечто другое. И это другое отражало и несло в себе иную сказуемость счётчика времени.

Так в этот циферблат часов, круглой формы, как бы были встроены песочные часы, чьи контуры совпадали с краями циферблата, а сообщающиеся сосуды, колбы с песком времени, соединялись узким горлышком как раз в том месте, где находился центр циферблата, этой его солнечной системы без всякого приукрашивания этой действительности. И принцип работы этих часов был в чём-то схож с обычными песочными часами.