Свидетели 8-го дня – 2

Давайте я вас провожу. – Добавляет Антонио, и выдвигается в сторону провод Кристина из этой мастерской мастера, где за дверьми Кристину в первую очередь ожидает испытание признания в ней, как минимум, изменений, со стороны в один момент замершей и насторожившейся в сторону открывающихся дверей женской публики, состоящей из последовательниц культа красоты. А это такая беспрецедентно критическая публика, что она не будет, ни с вами, ни с кем-то другим церемониться, и всё как есть в вас, вам выскажет в лицо через своё презрение (это в случае плачевного для вас результата, а вот под каким он для вас знаком, это можно только догадываться) или возмущение, почему какой-то дуре всё так идёт к лицу, а мне что не делай, всё бесполезно.

И только Кристина, а вслед за ней и Антонио вышли на порог этого помещения, как они, а точнее Кристина, уже были с ног до головы осмотрены и проанализированы этой, до чего пристрастной публикой. А вот какие были из всего этого сделаны выводы, кроме вздоха сожаления, было крайне затруднительно сказать.

А всё по той причине, что невозможно быть объективным, когда ты находишься в полной зависимости от того же гуру Антонио, к которому на кресло тебе предстоит идти. И тогда какая может быть речь об осуждении его дел рук, ведь он может запросто затаить на вас неудовольствие и обиду, и когда вы окажитесь в его руках, на кресле, то он так на вас отыграется, что вы затем и не отмоетесь от того, что он с вашим внешним видом устроил.

Вот все и молчат, не смея расстраивать и злить мастера Антонио своим критическим взглядом на то, что он сделал с Кристиной. Что приводит к тому, что Антонио вслед за Кристиной выходят из этого салона, оставляя за его дверьми недоумённые и непонимающие нервные лица всех этих гражданок, чего-то совсем не понявшие, куда это он пошёл, и сколько им опять его ждать.

А гуру Антонио, то есть, конечно Альфис, поглядывая в сторону парфюмерного салона, откуда теперь уже ревностно раздражённо и глазам своим совершенно не собираясь верить на него смотрела Жанна, продолжая спорить с очевидностью: «Это не его дорогая, которой и не было, а это какая-то первая встречная, попавшаяся на его удочку обаятельности, которую он взял себе в попутчицы, чтобы вызвать во мне ревность», решает проводить Кристину до самого выхода из торгового центра.