Живым не дамся смерти 1/2

Впрочем, брат Кондратия, хоть и пропустил этот удар, одёрнувшись язвительной ухмылкой, тем самым вскрыв себя, всё же он умеет держать удар. Что он и продемонстрировал своим ответом. – Кондратий был единоличным регулятором и творцом своей судьбы. А мы всего лишь были жертвой его жизненных намерений, будучи втянуты им в свои махинации с жизнью. Так что мы скорее были и сами инструментами судьбоносных решений Кондратия, нежели отдельными мозговыми центрами по итоговому решению с ним.

– Тогда получается, что и я стал жертвой многоуровневых замыслов Кондратия, вовлёкшего меня так ловко в орбиту своего влияния. И выходит, я тоже инструмент в его руках, как и вы. – Делает вот такие выводы Илья. – И вы, требуя от меня то, что требуете, тем самым идёте на поводу Кондратия, который так умело столкнул нас лбами. – Здесь Илья сделал совсем короткую паузу, чтобы дать переварить данную информацию брату Кондратия, и в самом деле почувствовавшему растерянность и расстройство личности, после чего продолжил своё обращение брата Кондратия из своего врага в свои единомышленники.

 – И как мне мыслится, – говорит Илья, – то было бы совсем глупо действовать по тому же, задуманному Кондратием плану, не узнав, чего в самом деле добивается Кондратий.

– А чего он может добиваться? – теперь уже брат Кондратия не совсем поймёт Илью.

– Мне это сложно сказать, не зная Кондратия как вы. – С задумчивостью говорит Илья. – Этот вопрос скорей относится к вам. Вы же знаете, в каких родах деятельности и подлости подвязывался Кондратий. Что он мог такого задумать, чтобы вас так ловко обвести вокруг пальца с покушением на свою жизнь. Это может быть его страховка от несчастного случая, где не сама страховка покрывала бы этот случай, а замешенные в нём люди, с кем у Кондратия имелись кардинальные противоречия на будущее наследование чего-то общего.

 – И судя по задёргавшемуся глазу брата Кондратия, то Илья своим предположением вновь попал в точку.

– Мне надо переговорить со своими родственниками. – Говорит брат Кондратия, наскоро подымаясь со скамейки, куда он присел во время разговора с Ильёй, и выдвигаясь в сторону своих заждавшихся родственников.