Живым не дамся смерти 1/2

И до молодого и дерзкого молодого человека в итоге доходит этот общий посыл зала полного незнакомых для него людей, и он в один из моментов своего надругательства над местной обстановкой, со своим неуважением к ней и вмешательством в неё, останавливается взглядом в одну из сторон и на этом месте как будто застывает, погрузившись в транс. Но ненадолго. А как только им было зафиксировано для себя нахождение того человека, кого он искал, и тот, кого он пришёл сюда найти, со своей стороны обнаружил себя в качестве обнаруженного хотя бы, то он, вошедший человек, представитель молодого и всё сокрушающего на своём пути поколения (потом, по итогу сокрушения мира своей судьбы, разберёмся, что, почём и зачем), чтобы будущий разговор с найденным им человеком сразу пошёл в конструктивном ключе, без всяких там недопониманий друг к другу, прямо сейчас готов озвучить начальные тезисы своего предложения тому типажу человеческого сознания, до кого у него, вот так бывает, есть дело первейшей важности для всех тута.

Но всё то, что он желает озвучить, не будет озвучено с помощью банального инструмента коммуникации, человеческих слов, а этот молодой человек в этом вопросе, как и всякий представитель прогресса, креативен и самонадеян.

И он пока что делает интригующую паузу в своих необъяснимых с точки зрения разума действиях, и… бл*ь, направляется прямиком в бар, чтобы нарушить свою логическую цепочку его пояснения для всех вокруг людей, ставших невольными зрителями его тут действий, и они могут даже засомневаться в его возможностях их всех тут поразить какой-нибудь экзальтированной выходкой. В общем, ему даётся на ближайшие две-три минуты шанс оправдать эти сделанные ему авансы местной зрительской массой, которая, между прочим, непредвзято к нему отнеслась, а он сам по своему заходу сделал такую заявку насчёт себя.

Ну а этот молодой представитель прогресса, подойдя к барной стойке, к нервному напряжению бармена, хоть и всякого на своём рабочем веку за барной стойкой повидавшего, но всё же в нём ещё не изжила себя осторожность, очень верно догадывающемуся о том, что жизнь штука сложная и настолько разнообразная, что она всегда найдёт такое, что тебя удивит (и не есть ли сейчас тот самый случай, когда ему пришло время удивляться?), не к сильному доверию бармена заказывает всего лишь бутылку пива.

И эта обычность заказа почему-то больше всего напрягает бармена, чуть ли не знающего, что всё самое сложное и трагическое заключается в самых простых мелочах и истинах.