Жилбос. Девушка из будущего

После чего она с такой безжалостной целеустремлённостью смотрит в глаза Лба, что он не выдерживает и, дрогнув, идёт на попятную.

– На держи! – возвращает мне молоток Рыжая и, усмехнувшись, со словами: «Наша сила в слабости», идёт дальше. А я значит, вслед за ней. Когда же мы минуем эту мускулистую компанию, так и не нашедшую подходящее слово, чтобы зацепив меня, остановить (что поделать, со словами у них большой напряг), а я не собирался им помогать и не дал повода, то я говорю Рыжей, как мне думается, внимательно за мной следившей и анализировавшей каждый мой, совсем чуть, чуть сбивающийся шаг.

 – Они оттого привлекают к себе внимание, что такие как они, не обыденность, а не часто встречающаяся достижимость. И если бы все так мускулисто выглядели, то никто бы этого не замечал. А так как природой в нас такое развитие, изначально, как данность не заложена, то нужно попыхтеть в спортзалах, чтобы добиться такого результата. Вот парни и стараются, чтобы выделиться из толпы. – Рыжая на этом месте останавливается, поворачивается ко мне лицом, демонстративно обдаёт меня взглядом и говорит.  – Интересное обоснование своей не компетенции в физическом плане, а простыми словами, хилости.

– Ну, не такой уж я и дохляк. – Сказал я, немного раздасованный её не объективностью. Правда я понимаю, почему она так рассудила – всё из-за этих качков, относительно которых я не так предпочтительно выглядел. – А, впрочем, у каждого есть свои отличительные характерности. И я такой, какой есть. – Утверждающе заявляю я.

А вот это моё указание на отличительные особенности человека, вызывает заинтересованность у Рыжей. – Вот как, – говорит она, вслед задав свой вопрос, – и какие у меня?

Я же, честно сказать, уже давно за ней приметил некоторые отличительные особенности, но я этого ей не скажу сейчас и даже вида не покажу. А я изучающе на неё посмотрел, – а она видно волнуется, вдруг я что-то такое в ней сейчас усмотрю, что она перед зеркалом столько времени пыталась спрятать, тот же прыщ, и, не делая ей поблажки, укажу на него: «У тебя прыщ!», – и как будто только сейчас приметил, кивая в сторону её уха, говорю.

 – Твоя серёжка.

– А что в ней не так? – рефлекторно ухватившись рукой за мочку уха и серёжку на ней, спросила она.

– Она одна. – Говорю я. – И своей асимметрией невольно привлекает к тебе внимание встреченных тобой на пути людей. Ведь мир создан и живёт в симметрии, а всякое отклонение от неё, как в твоём случае, не может не привлечь внимания.