Живым не дамся смерти

И пока они черепным отзвуком друг от друга от звонились о том, по кому звонит колокол, – ясень пень, что по тебе, – тем самым повысив ценность литературного наследия одного немаловажного для одной из мировых культур писателя, дав осознать Михалычу и его товарищу бренность своего бытия перед вечными ценностями и жестокими реалиями жизни, – тебя никто не будет ждать и предупреждать об опасности, нанеся удар в самый неожиданный для тебя момент, – Константин как ни в чём не бывало подставляет в нужном месте и в нужное время руку под обол, и он точно падает ему в раскрытую ладонь.

– Тут нет никакого фокуса. Его притяжение ко мне, есть моя судьба. – Посмотрев на Илью из-под прищура своих глаз, сказал Константин. После чего он даёт понять Илье, что здесь делать больше нечего и они по прежнему маршруту возвращаются обратно в зал. Правда, они дальше к своему столику не идут, а они, почувствовав в себе особого рода запустение при виде пустых столов в том закутке, где они ранее сидели, решили, что здесь они уже всё, что можно было уже высидели, и им пора на выход.

По выходу из кафе они, следуя привычке людей вышедших из одного информационного пространства в другое, – прежние человеческие установки потеряли своё бывалое значение, и теперь мир измеряется и поделен границами информационного контента, – для собранности своего организма перевели дух, для создания логической цепочки привели в порядок мысли и двинулись по мостовой в одну из сторон уличного пространства.

– И что насчёт всего этого думаешь? – по отходу от здания кафе, задаётся вопросом Константин.

– Интересное намечается дело. – Отвечает Илья.

– Я также думаю. – Задумчиво говорит Константин.

– А что наш клиент? – без уточнения того, приходил ли он, задаётся вопросом Илья.

– Определённо. – Уж как-то не очень определённо отвечает Константин. Впрочем, вслед внося необходимую ясность. – А для кого тогда я разыграл всю эту комедию, спрашивается.

– Для кого? – явно не подумавши и в спешке задаётся этим вопросом Илья.

– Для неё. – Задумчиво говорит Константин, сжав в кулак свою руку, в которой находился обол.

Глава 3

Финишная прямая

Мало освещённые места, ну и тем более и без всякого освещения закоулки жизни, вызывают чаще всего чувство инстинктивной, ещё называемой допотопной, тревоги.