Джинн Искрюгай в любви и на войне

По глазам было видно, что Пылай-Башка так ничего и не понял, но на всякий случай воскликнул:

–Слава Хану Ифритов!

Со всех концов зала долетело ответное:

–Слава! – и Пылай-Башка, немного успокоившись, поудобнее устроился на ложе.

А его брат снова спросил Искрюгая:

–Что ты думаешь об этой войне?

–Ну, мне не хватает опыта, чтобы выносить суждения…

–Так я и не прошу от тебя точного ответа – я хочу услышать мнение. Если не опыт, то хотя бы воображение должно тебе что-нибудь подсказывать?

–Наверное, это самая странная война, какая только бывала в истории, – осторожно предположил Искрюгай.

–Так сейчас все говорят, – не без раздражения махнул рукой Сожги-Башка. – Сам-то как думаешь – что именно в ней странно?

–Действия маридов кажутся бесцельными.

–Это действительно твоя мысль? – помедлив, уточнил Сожги-Башка.

В голосе его сквозило разочарование, и Искрюгай вдруг поймал себя на том, что разочаровать этого ифрита ему хочется меньше всего на свете. Он поспешно сказал:

–Нет, это мысль моего дяди, почтенного Магмун-аги, просто я с ним согласен.

Но если вы действительно хотите узнать моё мнение, что ж, я скажу, хотя, должно быть, оно вас только насмешит. Мне кажется, на самом деле всё просто. Мариды хотят растянуть наши силы, раздробить их, раскидать по всему свету – и вот тогда они постараются нанести удар, от которого мы не оправимся. Может, они даже планируют покушение на Хана…

Эти слова почему-то обрадовали Сожги-Башку.

–Вот! – воскликнул он, обращаясь к брату.

 – Вот, видишь?

–Нет, не вижу. Что я такое должен увидеть, кроме мальчишки, который не хочет идти на войну, но при этом строит из себя великого военачальника?

–Ты не видишь главного – того, что он прав! А знаешь, почему он прав? Потому что он дитя новой эпохи. Он мыслит иначе, чем мы, и оказывается прав там, где нам застилают взор устаревшие суждения.

–Что ты городишь…

–Посмотри на себя. Ты слаб, а рвёшься геройствовать. Не думай, я не смеюсь над твоим рвением. Просто хочу втолковать, что геройство пропадёт впустую.

Ты ведь жаждешь битвы, в которой сойдёшься Морозом, внуком Царицы Маридов? Жаждешь истребить на поле брани сотни врагов, чтобы остальные устрашились и пали на колени?

–А то!

–Но такой битвы не будет. Во всяком случае, если она произойдёт, то ещё очень не скоро. Нынче не те времена. Исход битвы уже не решается поединком великих воинов. И плох нынче тот полководец, который решить исход войны в генеральном сражении.