Три дня без чародея

Упрям не сразу понял, что его смущает, потом догадался: а с чего бы болотнику мертвым быть? Лапе его, конечно, солоно пришлось, но в остальном-то цел, навряд ли свои добили.

– Этот должен быть живым, – сказал он Ласу.

За навя взялись. Несколько мгновений тот ловко прикидывался мертвым, но, когда капкан сняли, взвился на ноги, схватил нож, огреб щитом по морде и утих. Скрутили его, бросили рядом с первым.

Лас только охал и причмокивал, осматривая поле боя. Два отрока против такой силищи – и победили, да с каким счетом: четырнадцать трупов! Шестеро человек и восемь навей, да еще двое пленных!

– Мы пятерых стоптали, – сообщил он.

 – Но несколько, я видел, ушли. Ай, молодцы вы, мальцы, – охранный десяток втрое переплюнули! Но где же сам Наум?

– Болен и слаб, – коротко ответил Упрям. – Пришлось его спрятать понадежнее.

– Чарами?

– Чарами, – согласился Упрям.

– Мудро, мудро. Слов нет – молодцы вы, герои!..

Ученик чародея слушал похвалы вполуха. Возбуждение боя прошло, и он обнаружил, что валится с ног от усталости, а веки так и норовят сомкнуться – особенно почему-то левое.

Глядя на десятника одним глазом, он сказал:

– Извини, Лас, я притомился. С утра на ногах…

– Понимаю. Сейчас все сделаем.

Дружинники вынесли трупы и заняли указанные Ласом посты. Невдогад так и застрял на среднем жилье, стараясь не мозолить воинам глаза. Поднявшись, Упрям сказал ему, не сдерживая зевоту:

– Все на сегодня, пора отдыхать. Спать можешь в гостевом.

– Я… лучше с тобой, – помявшись, сказал Невдогад.

 – Спокойнее будет.

Упрям пожал плечами:

– Айда.

Ни разбирать постель, ни раздеваться он не стал, скинул обувь, стянул кольчугу, а ножны с мечом поставил у изголовья – достаточно руку протянуть (хотя он чувствовал: случись что в остаток ночи, проснется он навряд ли). Невдогад, по требованию хозяина ополоснувший лицо, без спроса скользнул к стене, сечку в ножнах положил под боком. Поглубже натянул малахай и замер.

Упрям готов был провалиться в сон, еще не донеся головы до подушки, но тут Невдогада потянуло на разговор.

– Упрям! – позвал он страшным шепотом.

– М-м?

– Так ты все-таки догадался или нет?

– А щем?..

– Обо мне.

– М-м…

– Так не бывает. Либо ты знаешь, либо нет. Ну, или подозреваешь, но сомневаешься. Но уж никак не твое «вроде да».

– Хр-р…

День второй

Проснулся он поздно, солнце давно уже встало над лесом, на смену свежести весеннего утра накатывала дневная жара.