Эраклия. Начало. Хроники Семи Миров

Словно зачарованный, он начал пристально всматриваться вдаль. Из-за очень большого расстояния, было совершенно непонятно кто или что это, но по мере приближения картина начала вырисовываться, и вскоре Дрофарг ужаснулся. Огромная толпа его собратьев, с криками полными ужаса, бежала ему навстречу. Маг понял, что нужно бежать, иначе они просто затопчут его, но любопытство взяло верх над чувством самосохранения. Прижавшись к стене слева, он продолжил наблюдать, стараясь разглядеть то, от чего они бежали. Очень скоро маг смог увидеть огромный черный силуэт, который с каждой секундой становился все более отчетливее.

А в момент, когда Дрофарг прищурился чтобы сфокусировать на нем зрение, из глубины тоннеля последовал новый удар. Несмотря на то, что до толпы было еще около четверти мили, не говоря уже о неизвестном преследователе, удар был такой силы, что повалил Дрофарга с ног. Всех упавших карликов тут же догнал огромный зверь, издалека напоминавший не то огромного пса, не то волка. Что было дальше, Дрофарг уже не видел. Истошные вопли боли его собратьев, обрушились на мага как снежная лавина, заставив его бежать прочь изо всех сил. Вспоминая гибельную пустыню, и гору где закончилось его путешествие, маг подумал, что в этом тоннеле должно быть что-то подобное. Но, увы, в абсолютно прямом тоннеле не было никаких ответвлений или дверей, где можно было скрыться.

Очень скоро, когда дикие возгласы его собратьев стихли, Дрофарг обернулся. Значительно поредевшая толпа немного догнала его, отставая не более чем на три сотни метров.

Теперь, периодически оборачиваясь, Дрофарг уже достаточно четко смог разглядеть массивного зверя. Исполинский пес с тремя глазами, зубастой пастью и острыми, как копья когтями, медленными прыжками преследовал свою беспомощную добычу. Дрофаргу показалось, что такой монстр, учитывая всю силу его огромного тела, должен двигаться намного быстрее. Но его как будто что-то тормозило его. И этим что-то был его хвост. Наконечник его длинного хвоста был увенчан огромной булавой, волочащейся за ним как якорь. Со стороны могло показаться, что из-за такого противовеса, у монстра нет никаких шансов догнать свою жертву, но это было не так. Один раз в несколько минут неистовый пес поднимал свое разрушительное оружие и со всей силы закидывал его вперед перед собой. Касаясь земли, исполинская булава вызывала сокрушительную ударную волну, словно брусчатая дорога тоннеля была ковром, которым кто-то взмахнул, приподняв его с одной стороны.