Эраклия. Начало. Хроники Семи Миров

– Не уж то страшных призраков, сказками о которых всех пугают? – улыбнулась девочка.

– Ладно, пошли. Наверное, показалось.

Шум воды практически сразу стих, что показалось Этелькиру странным, ведь они отошли от протоки совсем немного. А в нос ударил спертый воздух, словно они вошли в помещение, которое долгое время было заперто, без доступа кислорода. Кира шла рядом, как ни в чем не бывало, а Этелькира не покидало чувство, как будто за ними кто-то следит.

Через некоторое время спуск закончился тупиком.

Они уперлись в сплошную стену – ровную и гладкую, без трещин и борозд, таких, которые должны оставаться на камне со временем.

– Что за…? – удивилась Кира, не веря своим глазам.

Этелькир осмотрелся вокруг. Сравнив поверхность окружавших их каменных стен, он сразу же заявил:

– Тут что-то не так. Взгляни, – он провел рукой по стене справа от него – поверхность шероховатая, как обычно бывает у старых стен. А тут, – его пальцы проскользили по гладкой поверхности темно-серой плиты – как будто ее установили здесь только вчера.

– Да, ты прав. Может здесь есть какое-нибудь отверстие для ключа? Или потайная кнопка? – предположила девочка-эльф, и ее глаза быстро забегали по углам и неровностям соседних с плитой стен.

Идея Киры показалась Этелькиру вполне разумной, и пока она искала возможные скрытые секреты глазами, он решил воспользоваться одним из заклинаний, которое было в книге, подаренной ему бабушкой. Это не было заклинанием высшего порядка, но его суть была довольно проста.

Оно выявляло перед заклинателем все магически скрытые секреты, которые нельзя было увидеть обычным зрением.

– Тана а?ним зе?нин[2 - Покажи мне истину.]! – произнес он.

Для Киры ничего не изменилось, но Этелькир сразу же заметил, как на поверхности стены, практически под самым потолком, блеснула яркая точка.

– Что ты сделал?

– Скоро узнаем – ответил эльф, и, подняв руку, слегка надавил пальцем.

Ему показалось, словно это был кусочек растаявшего масла. Его палец чуть «утонул» внутри, а затем плита «вздрогнула» и по ней пошла легкая рябь.

Как будто это была водная гладь, безмятежность которой нарушил брошенный в нее камень. Спустя несколько секунда стена растворилась в воздухе и свет призванного Кирой «светлячка», как она обычно его называла, сразу же осветил небольшое овальное помещение.

Высотой чуть больше человеческого роста, с гладкими стенами и потолком, оно не представляло особого интереса, если бы, не одно «но».