Ал-Гебра

Мы зашли в частный сектор, где фонари светили через один, а то и через два. Не самый приятный район, я периодически оглядывался, дабы убедиться, не направился ли за мной следом Бес со своими дружками.

– А у вас есть парень? – спросил и сам испугался вопроса, слова сами вылетели без моего разрешения.

– Что значит в твоём понимании наличие парня, как это проявляется?

Она повернулась ко мне и убрала рукой волосы с лица, как бы демонстрируя свой шрам.

– Это человек, который заботится о вас, думает о вас, – и, смущаясь, добавил, – и любит вас.

– Хм. Тогда получается, что в данный момент жизни у меня есть такой парень, и это ты, – прищурив один глаз, она посмотрела на меня, ожидая моей реакции.

– Вы шутите, Виктория Игоревна!

– Игорь, я абсолютно серьезно. Или ты против? – она впервые назвала меня по имени, – и давай договоримся, вне моей работы не будешь меня звать по имени отчеству, я просто Виктория, – она улыбнулась.

– Хорошо, Виктория.

Я боялся закричать от радости. Она взяла меня под руку.

– Пошли, мой парень, вон, мой дом уже видно.

Мы подошли к калитке, и я растерянно остановился, не зная, входить или ждать, когда меня пригласят.

– Заходи, не бойся.

Это был старенький дом с печным отоплением, без воды, который Виктория снимала, так как не хотела жить в общежитии, которое ей предоставил наш техникум. Во дворе нас встретила собака, по-видимому, она выполняла скорее декоративную функцию, так как виляла хвостом и радостно вертелась возле меня.

– А как зовут собаку?

– Собаку зовут, Пёс, – ответила Виктория, пытаясь найти в своей сумочке ключи от дома.

Мы вошли в дом, в прихожей сушилось на протянутых веревках бельё.

– Разувайся и проходи, сумку с продуктами оставь в кухне, хотя постой…

Она сняла бельё и протянула мне.

– Заодно брось в комнате на диван, потом разберу, что куда.

Сверху оказались красные кружевные трусики, и мой взгляд невольно застыл на них.

– Да, это те самые, на которые ты попался, как рыбка на крючок, – улыбаясь, сказала она.

Я вошел в комнату через кухню и положил белье на диван, на него же и сел. Комната была небольшой, помимо дивана, из мебели был маленький столик, шкаф и чёрно-белый телевизор «Горизонт» на ножках, на полу лежал выцветший и местами сильно протертый палас, еще одна дверь, которая была плотно закрыта, вела, видимо, в другую комнату. Виктория не торопилась, она чем-то занялась на кухне, а я не знал, чем себе скрасить ожидание.