Петербургский сыск. 1870 – 1874

Убийца наступил на кровь и оставил несколько следов. Сапоги изношенные с подковками. на правой щеке старика след от острого предмета, правый висок пробит, скорее обухом топора и последний удар нанесен был, когда хозяин дома уже упал на пол.

Иван Дмитриевич подозвал помощника и приказал зарисовать след, сам же направился в кухню. Там на стуле, положив непослушные руки на колени, сидела кухарка. Глаза просохли, она успокоилась, хотя иногда тяжело вздыхала и тогда открытым ртом набирала воздух, на мгновение замирала и едва слышно выдыхала, словно боялась потревожить спящего хозяина.

– Добрый день, – поздоровался начальник сыскной полиции.

Женщина посмотрела мутными глазами и едва что—то прошептала.

– Анастасия, как по батюшке?

– Никифоровна, – выдавила из себя кухарка.

Путилин снял шляпу и протер пальцем правой руки глаз.

– Анастасия Никифоровна, как не тяжело, но мне надо вас расспросить.

– Да, я готова.

– Когда Вы нашли несчастного?

– Поутру я в восьмом часу прихожу и начинаю готовить, Никита Иванович любит день начинать с каши на молоке, – женщина вытерла краем фартука выступившие слезы.

– Как проходите в дом?

– С черного входа.

– Он на ночь закрыт?

– Да, отпираю своим ключом. Сегодня, как обычно, прошла, приготовила.

– Хозяин по утрам встает рано?

– В шесть он на ногах, обычно до утреннего чая успевает сделать много дел, а сегодня в доме тишина. Ну, я и прошла в столовую, а там, там, – слезы ручьем полились из глаз.

– Успокойтесь, голубушка, успокойтесь.

– Найдите этого изверга, с виду невинный агнец.

– Вы знаете убийцу?

Анастасия подняла глаза и посмотрела на Путилина.

– Никита Иванович, как православный человек истово соблюдал обычаи, поэтому собрался вместо птицы выкупить из тюрьмы человека, чтобы дать ему свободу. Вот и съездил, я не знаю куда, но вернулся с человеком маленького роста, со злющими глазами.

– Это Чернов сказал Вам?

– Нет, – потупила взор женщина, – я слышала их разговор. Никита Иванович обещал устроить его к себе.

– А имени не слышали?

– Не довелось.

– Хорошо, а кто еще бывал у вашего хозяина?

– Кроме племянника никто.

– А племянник?

– Беззаботный господин, служит в армии подпоручиком. Гуляка и распутник, всё к дядюшке за деньгами приезжал.