«Смерть красавицам», или Петербургский мститель

Лица девицы начальник не мог разглядеть – оно было исполосовано тонкими порезами, нанесёнными острым лезвием или бритвой. Волосы, тёмные от природы, ещё больше почернели от крови. На руках порезов не наблюдалось. Судя по рукам и телу, девица была еще молода.

– Господа, – начальник сыскной полиции потухшим взглядом окинул эксперта и докторов, – благодарю за предоставленную возможность осмотреть комнату. Можете приступать к своим обязанностям.

С этими словами он направился к управляющему, который, казалось, стал ниже ростом и боялся посмотреть на сыскного начальника.

– Где ваш Василий?

– Одну минуточку, вам прислать его сюда?

– Нет, проведите меня к нему. – Филиппов обернулся и окликнул Бубнова: – Иван Григорьевич, прошу следовать со мною.

Пройдя дальше по коридору третьего этажа, Филиппов строго сказал полицейским, стоящим в охранении места преступления:

– Никого не пускать. А вы ведите, – обратился он к управляющему.

Пока шли по лестнице, Филиппов времени зря не терял.

– Скажите… – Владимир Гаврилович вопросительно посмотрел на управляющего.

– Степан Иванович, – поспешно отозвался тот.

– Скажите, Степан Иванович, в котором часу заняли девятый номер?

– В десять.

– Стало быть, в десять. Понятно.

– Извините, – смутился управляющий.

Начальник сыскной полиции понял причину смущения и сам отрекомендовался.

– Филиппов Владимир Гаврилович, начальник сыскного отделения.

Позвоночник Степана Ивановича, словно гуттаперчевый, выгнулся вопросительным знаком.

– Очень приятно.

– Степан Иванович, вы мне расскажите, кто пришёл первым? Какими именами представились? Всё, что знаете.

– Первым пришёл молодой человек. У нас на ту пору свободным оказался только девятый номер в третьем этаже. Он немного подумал и согласился.

– Он один поднялся наверх?

– Так точно, взял ключ, сказал, что хочет подарок даме оставить.

– Значит, в руках что-то нёс?

– В том-то и дело, что с пустыми руками он был. Знал бы я…

– Вы его хорошо рассмотрели?

– Да нет, я не приглядывался.

У нас здесь много всякого народу бывает, так что каждого не запомнить. Но, – управляющий сморщил лоб, – меня поразило, что в пальто он в летнее время ходит и шляпу с такими большими полями носит, что и лица толком не рассмотреть.

– Приметы какие-нибудь запомнили?

– Только бородку, такую небольшую, с аккуратностью подстриженную.

– И какими именами они записались?

– Мишутин и Иванова.