Убийство на Васильевском острове

Вокруг этого углубления усматривается лучеобразно пороховой налёт, внедрившийся в кожу, и местами видны черные точки зёрен пороха. Из этого углубления, по направление к левому уху, полоса крови, смешанная с белым веществом, видимо, мозговым.

Ушная раковина наполнена кровью с мозговою жидкостью. Над среднею частью брови, на расстоянии полу вершка, видна ссадина, величиной в гороховое зерно, пергаментного цвета, ссадина эта не проникает через весь покров кожи. Такая же ссадина, такого же цвета находится на наружном веке, длиной в одну четвёртую вершка, глаза не повреждены».

– Вот видите, а я на подмеченное вами не обратил внимания.

– Иван Петрович, – к приставу подошёл помощник, держа в руках пистолет, – английской револьвер Бомона – Адамса, имеет слабый спуск, поэтому стрелять из него можно, как правой рукой, так и левой На рукоятке бурые следы, я полагаю крови.

– Вы хотите сказать, что капитан Горлов мог покончить с собою?

– Вполне возможно.

– Но резанные раны?

– Иван Петрович, я высказываю мысль, что Горлов мог без посторонней помощи лишить себя жизни.

– Что вы на это скажите? – Пристав обратился к Иванчевскому.

– Вести следствие по вашей части, помоей делать только заключение по тому, что обнаружу.

– Если без формальностей.

– Иван Петрович, по тем колотым ранам, что находятся на теле Горлова, я могу заключить, что имело место убийство. Не может человек так изогнуться, чтобы нанести себе такие раны, притом под прямым углом.

– Могла ли женщина нанести кинжалом такие раны?

– Могла.

– Значит, барышню нельзя исключать из списка подозреваемых, – пристав посмотрел на убитого.

– Иван Петрович, – вмешался помощник, – простите, но выстрел раздался послу ухода барышни и вестового. Их мы можем исключить.

– Вы правы. Остаётся только Поплавский. Притом он сказал, что никто посторонний не мог проникнуть в квартиру.

– Если он виновен, то зачем это ему отрицать. Наоборот, он должен настаивать на том, что вор проник сюда и Горлов стал случайной жертвой.

– В ваших словах есть толика правды, но не думаю, что сей малый так сообразителен. Возьму-ка его под стражу, чтобы не сбежал.

– Ваше право, Иван Петрович, вы – пристав и карты вам в руки.

– Вот именно.

Врач Иванчевский начал проводить вскрытие ровно в полдень.