Операция Паломник

Сосуды носовой полости полопались от скачка перегрузки, и сейчас она горячими ручейками заливала рот, стекая на грудь.

Корабль словно отрикошетило от атмосферы планеты, точно легкую гальку от водной глади. Все произошло так быстро, так внезапно, что никто из людей ничего не понял. На высоте около полутора тысяч километров корабль повис, ничем не поддерживаемый, потому что двигатели были аварийно отключены искином. Завис на мгновение, а затем стремительное неконтролируемое скольжение вниз, градусов под сорок пять к поверхности Паломника.

Через равные промежутки времени «Стрекозу» подбрасывало, точно корабль катился по гигантской рифленой стиральной доске.

Искин все-таки выбрал момент и включил маршевые двигатели. «Стрекоза» свечой рванула вверх и, поднявшись километров на сто, стала замедляться.

– Что это было? – первым пришел в себя Владимир.

– Похоже, мы с чем-то столкнулись, – растирая онемевшую челюсть, пробормотал Пьер.

– Мы ни с чем не столкнулись, – уверенно заявил Томсон.

 – На такой высоте над Паломником не может быть ничего.

– Метеор? – подала голос девушка.

– Нет. Вблизи Паломника почти нет метеорных потоков.

– Почти – это тоже самое, что есть, – упрямо возразила Линда.

– У «Стрекозы» нет внешних повреждений, – повысил голос капитан. Он неотрывно следил за графиками, выводимыми искином на экран. – Внутренние есть, – он на время замолчал. – Незначительные.

– Надо садиться, – поддержал Томсона Владимир – С поломками я разберусь позже.

Находящийся между ними экран моргнул, показывая топографическую модель поверхности, на которую им предстояло сесть.

– Черт возьми! – вдруг вырвалось у Пьера, и он отвернулся. – Я не могу поверить, что с ними что-то случилось.

Томсон повел «Стрекозу» на юг к экватору и, только когда повис над Центральной на высоте полутора тысяч километров, медленно, очень медленно начал опускать корабль. По его приказу никто не выключал круговых амортизаторов.

Связь с Центральной по-прежнему отсутствовала.

Пьер Готье обшарил весь диапазон частот, применявшихся для местной связи на Паломнике. Эфир молчал.

Корабль опускался. До поверхности оставалось пятьсот километров, триста, сто… Пятно Центральной было уже заметно невооруженным глазом. Пятьдесят… Двадцать… Десять… Три… Стали видны отдельные детали построек главной базы. Километр… Двести метров… На такой высоте должно быть хорошо видно людей… Чуть заметно вздрогнул корпус шаттла.