Смерть обывателям, или Топорная работа

Разрешите с вашего аппарата телефонировать в сыскное отделение?

– Будьте любезны.

– Вы вызвали частного врача?

Пристав отрицательно покачал головой.

– Тогда я телефонирую господину Стеценко.

– Вызывайте.

После проведённых разговоров Филиппов провёл большим пальцем по усам.

– Дмитрий Дмитриевич, могу я услышать околоточного, обнаружившего тела?

– Сейчас вызову.

Околоточный, детина саженного роста, с прищуренными глазами и большим носом, вытянулся во фрунт, как только ступил в кабинет пристава.

– Ваше… – начал было он зычным голосом, но, увидев, что Дмитрий Дмитриевич поморщился, стушевался и умолк на полуслове.

– Как тебя зовут? – спросил Филиппов.

– Околоточный надзиратель Кутышкин…

– Твоё имя? – перебил полицейского начальник сыскной полиции.

– Василием родители назвали.

– Вот что, Василий, ты мне расскажи, как убиенных обнаружил.

Околоточный взглянул на пристава. Тот кивнул – мол, поведай без утайки.

Полицейский несколько раз кашлянул.

– Так, – начал он, но снова вытянулся во фрунт, – господин Васильев нам приказали обойти дома, находящиеся по соседству с трактиром Моисея Андреевича, – с уважением произнёс имя убитого околоточный. – Так я сразу же и занялся. Обошёл всех, но никто ничего подозрительного не видел. Хотя мы на отшибе находимся, и баловство всякое у нас бывает, но спокойствия больше…

– Ты о деле, – перебил подчинённого пристав и грозно нахмурился.

Полицейский вначале смутился, но потом продолжил:

– Решил я дома в конце улицы проверить.

Не знаю, словно под руку кто толкнул, – околоточный осёкся и исподлобья посмотрел на Васильева, негодуя за свою словоохотливость. – Постучался к Анциферовым, а там тишина. Сперва я ничего не заподозрил. Мало ли куда могли семейством поехать. Ну, я дальше с проверкою пошёл по соседям. Вот они мне и сказали, что уже дня два-три никого в доме не видели. А Иона Фёдорович, так хозяина зовут, всегда загодя предупреждал, если куда отлучался. Да и кухарка при них жила, она точно дома должна была быть. Вот тут-то меня и осенило…

– Осенило его… – вполголоса пробурчал пристав.

– Где это они могут быть, думаю про себя, зайду позже. Всякое бывает. Вот под вечер и зашёл. Опять же, ни огонька в доме, тишина. Подозрительно мне стало. Я послал городового за понятыми. Понимаю, что не след вот так в дома врываться. Когда Иванов, это городовой, с двумя соседями пришёл, вот тогда я приказал дверь взломать.