Школа ментального чтения

Я давно подумывал удалить ее из нашей обители за потаенные намерения предать нас. Наконец она сделала свой выбор, посмев обратиться с молитвой к другому творцу. Преступление не может остаться безнаказанным.

Как только были произнесены эти слова, ступенчатая пирамида с троном исчезли. Однако герцог продолжал восседать в той же позе, неподвижно зависнув как ни в чем не бывало над полом. На месте пирамиды, словно проявляемая фотография, стал возникать прозрачный куб, по размеру достаточный, чтобы свободно вместить человека.

Когда куб достиг состояния материальной осязаемости, герцог устремил взгляд на один из женских портретов.

На нем была изображена молодая женщина с большими голубыми глазами, светлыми волосами, ниспадавшими до плеч, в простом коротком газовом платье, одетом прямо на тело. На груди висело бриллиантовое колье.

Под взглядом герцога картина превращалась в зеркальное изображение женщины.

– Подойди к кубу, – приказал он.

Повинуясь властвующей воле, из рамы вышла женщина и, понурив голову, подошла к месту своего нового заточения.

Бриллиантовое ожерелье расстегнулось и, проникнув сквозь грань куба, рассыпалось на отдельные камни, которые тут же превратились в извивающихся змей.

– Войди туда, – раздался, не знающий сострадания, голос.

Женщина от ужаса зажмурилась. Через мгновение ее тело стали обвивать змеи. Глаза несчастной расширились, выражая неописуемый ужас.

Змеи превратились в полосы жгучего пламени. Платье и сандалии вспыхнули и исчезли. Огонь не наносил телу женщины вреда, но тем отчаяннее было ее положение, – она не могла надеяться на избавление от пытки путем разрушения тела. Чувствовалось, как женщина сотрясалась в душераздирающих криках, но стены куба не пропускали звука, – в зале царила мертвая тишина.

Олион не мог оставаться равнодушным к страданиям бедняжки. Однако его жизненная сила, наталкиваясь на невидимую преграду, не могла проникнуть сквозь стены куба и принести облегчение несчастной.

Внутренний голос советовал обратиться за помощью к Богу.

Едва Олион сконцентрировался на своей внутренней сущности, в глубине которой вечно светит окно, связывающее ее с Богом, как пламя внутри куба заиграло с особым бешенством, делающим невозможным разглядеть женщину не только двойникам, но и самому герцогу.