Шелест. Том 2

– Во что превратился мир. Люди стали друг другу словно звери, а они… – Он кивнул в сторону птиц, которые принялись за предложенное угощение. – Невинные души.

Вайлет вспомнила старый вяз за окном, черный от маленьких плотно сидящих друг возле друга тел, и огромную живую воронку, кружащую над головой и душу снова затопил лед, а боль, вспыхнувшая следом, исказила лицо.

– Ты чего, девочка, – прошептал старик, увидев слезинку, скатившуюся из глаз, и тут же оказался рядом. Старческая рука протянулась к щеке и осторожно вытерла слезы.

– Ты не слушай старика, девочка, иногда я слишком сентиментальный. Моя старуха всегда говорит, что часто я болтаю всякий вздор.

– Нет, вы не болтаете вздор, просто я все чаще думаю точно так же. Люди причиняют боль друг другу, ненавидят, а все прекрасное вызывает в их душах лишь презрение и насмешку. Можно… можно мне подойти к ним, – прошептала она.

– Конечно, девочка, думаю, они понимают, что ты не сделаешь им ничего плохого.

Вайлет поднялась и осторожно приблизилась к окну.

В замешательстве остановилась, всматриваясь в настороженные глаза. Птицы тут же перестали клевать хлеб и пронзительно закаркали, размахивая крыльями. Она вздрогнула, а рука замерла на полпути.

– Ну, чего ворчите, грубияны, – пробасил Хеслер.

Девушка протянула руку и коснулась мягкого оперенья, провела кончиками пальцев вдоль спины, ощутив легкое покалывание, будто рука онемела. Вороны доверчиво разглядывали ее, и эта доверчивость, хрупкость их маленьких теплых тел успокоили, наполнив сердце непонятной радостью.

– Вот и подружились, – радостно сказал старик. – Похоже, они тебя больше не боятся, а ты их, верно?

Вайлет растерянно оглянулась.

– Мне пора, – удрученно сказала она. Хеслер нахмурился, вглядываясь в темноту.

– Подожди, я только захвачу ружье. Нечего тебе ходить одной.

– Нет, постойте, – схватила она старика за руку. – Со мной ничего не случиться. Вы отдыхайте и не волнуйтесь, меня проводят новые друзья, – она улыбнулась, и, увидев на лице задорные ямочки, старик цокнул.

– Молодежь никогда не думает об опасности.

– Пожалуйста, не волнуйтесь и ждите меня завтра. Что вы хотите на ужин?

– Э… ну я бы не отказался от зажаренного окорока и… ну, что это я! – Покраснел он.

Вайлет засмеялась, чмокнув его в колючую щеку, отчего он покраснел еще больше.

– До завтра Гаред.

Она легонько сбежала вниз по ступенькам.

– Я буду освещать путь, Вайлет. Мой маяк будет освещать тебе путь, – раздалось вслед.