Росток на руинах. Социальный омегаверс

Где же ты, бывалая Лиенна?

– Ты изверг, – шепнул Карвел, наблюдая, как Нили, поставив коробку назад, неловко сгребает мелочь в карман.

– Зато в полицию он не позвонит, сам закон нарушает.

Открылась дверца. Гай отнял у Нили и сунул нам совсем лёгкую коробку, завёл «Раск». Карвел убрал лекарства назад, к плюшевому пони, «тянучкам» и связке гранат. Обессиленная Нили рухнула на сиденье, всхлипывая в сухом плаче:

– Ч-ч-чего он хотел, а? Ч-ч-чего?

– Тихо, тихо, – я взял её за плечо. – Ты молодец, Мо будет гордиться мамой.

Тар, дай свою фляжку… На, Нили, глотни.

Гай вырулил с площадки перед магазинами. Сумерки скрыли дома по краям, одни мы ехали посреди улицы, высвеченные фонарями. Как на грёбаной сцене, о которой любила вспоминать Керис.

Карвел зашелестел картой в поисках другой аптеки, с тревогой поглядывая на икающую Нили. Та поперхнулась виски, закашлялась:

– Т-т-теперь ещё раз, да? – захрипела. – Смогу, я в норме, альфы. У них там кхарнэ см-м-мертью воняет! Думала, стошнит.

В хреновой она была норме.

Пот на лбу, глаза бегают, высматривая на дороге опасность. Я отобрал фляжку, погладил её по волосам:

– Сделай то же самое, и через три часа будем дома. Только будь естественнее, пожалуйста. Ты что, не притворялась никогда?

– Притворялась, – нахмуренная Нили убрала голову. – Когда рожала. У Аби промедола была одна доза, и я притворялась, что мне не надо. Потому что Зейна там двое суток промучилась. Кое у кого дети огромные.

Она обвиняюще оглянулась на меня. При чём тут я? Я вообще не знал, мы тогда на вылазке были.

Когда приехал, Зейна нашего сына уже родила. Надо сказать Аби, чтобы запасы лекарств держала побольше. Привозим же всё, что скажет.

Беспричинная обида на меня, похоже, Нили взбодрила, дрожать и заикаться перестала. Может, зря я думал, что омеги в клане не умеют делиться?

– Допиши, – вдруг сказал Тар.

Мы поняли его мгновенно. Гай передал карандаш, Карвел посветил светоуказкой. Я пристроил обрывок записки на колене и дописал внизу пять упаковок промедола.

Зачеркнул и написал десять. Лиенна не должна мучиться, она этого не заслужила. И вообще, это Лиенна.

– Угу, – криво улыбнулась Нили. – А Халлар ещё говорит, что все равны.

Нам только омежьих обид не хватало. Лиенна всю жизнь кормила клан вместе с нами, она участница группы.

– Отставить! – пресёк я обвинения. – Правду Халлар говорит. Себе мы, что ли, фуры гоняем? Делаем, что можем. Нам все равны и все до?роги, ясно?

Просто некоторые особенно.