Росток на руинах. Социальный омегаверс

Она повторила искусственным тоном, таким на вокзалах поезда объявляют. Учить Нили актёрству было поздно.

Белый халат скрылся в подсобке. Остался вопрос – выйдет он оттуда с лекарствами, вызовет полицию или выставит дуло. Похоже, Аби заказала что-то не вполне обычное, раз требуется рецепт.

Полицейский шакал попрощался со знакомым и зашагал не в нашу сторону. Вот спасибо, тварь.

Нили топталась у стойки, я слышал учащённое дыхание. От «некусайки» бешено чесалась спина, не любил я эту дрянь.

Намазались и переоделись все – любой прохожий мог подойти к «Раску» и уловить тяжёлый дух четверых альф.

– Увидишь оружие, помнишь, что надо делать? – спросил я Нили.

Она кивнула, хорошо хоть, на окно не оглянулась.

– Просто присядь. Дальше мы сами.

Тар держал дверь подсобки на прицеле. Пули у него мелкие, скорость адская. Пятьдесят на пятьдесят, что в стекле аптеки только дырочку оставят, а не расколотят вдрызг. Не хотелось тревоги на весь Санеб.

– Сорвётся, – прошептал Гай, глядя на жалобно стиснувшую пальцы омежку.

Сорваться могла. Первая вылазка из пещеры за десять лет, одуряющие запахи аптеки, пытливый взгляд коммуна… И слишком много вариантов «что делать, если», о которых мы не успели рассказать.

– Не каркай… – Карвел замер.

Из подсобки показалась коробка, облепленная этикетками и синим посылочным скотчем, следом – аптекарь.

– С вас пятьдесят три солдо, товарищ.

Он бухнул коробку на стойку перед вздрогнувшей Нили.

Мы облегчённо выдохнули. Тар автомат не опустил.

– «Грабёж, – продиктовал я. – Это и тридцать не стоит».

– Не усложняй! – взмолился Карвел.

Я шикнул – будет отвлекать своей заботой об омеге, в рыло получит. Мы тут дело делаем. Нервный, небогато одетый тип припёрся подпольно покупать лекарства за бешеные деньги. И даже не торгуется. Вывод: деньги краденые, тип мутный. А описание машины надо сдать в полицию, едва покупатель переступит порог.

– Как вы хотели – «Брадасин» без рецепта? – развёл руками аптекарь, наклонился заговорщицки: – Вам ещё повезло, что начальства нет, а то ждали бы до завтра, пока больницы откроют… За пятьдесят берёте?

– «За сорок беру.

Или я сам с вашим начальством свяжусь». Построже, Нили!

Ещё чуть-чуть протяни!

Бедная омежка уже еле на ногах стояла. Вывалила деньги на стойку, схватила коробку, похоже, тяжёлую – хоть бы не выронила.

– Сдачу забери! – скомандовал я.