Меня убили в девяносто шестом. Беглая

– А что, здесь не было сторожа? – удивлённо спросила Ольга.

– Нет. Батюшка Василий сказал, что у крещёного человека рука не поднимется на воровство.

Ольга с грустью посмотрела на развалины:

– Ну да…

Егор показал Ольге заваленный обломками гнилых досок и брёвен вход в подвал.

– Это мы с батюшкой закидали, чтобы никто не увидел сыроварню.

Перекусив, Ольга с Егором принялись освобождать вход в подвал. Работы предстояло много, к тому же солнце уже поднялось высоко, и наступала жара.

Только часа через три им удалось добраться до дверей. Они были очень тяжёлыми и поначалу не поддавались. Помог валявшийся рядом лом, который, очевидно, забыли те, кто приходил сюда за стенным камнем. Ольга зажгла свечку, и они с Егором стали потихоньку спускаться вниз по каменным ступеням. Помещение сыроварни было небольшим: около двадцати метров. Стены были выложены плоским светлым камнем, на них аккуратно и красиво были выбиты латинские буквы. Прочесть, что написано, Ольга не смогла из-за плохого освещения и пыли. Посреди комнаты стояли два длинных стола, изготовленных из хороших и толстых досок, похожих на дубовые. Рядом были такие же длинные скамейки. В самом углу стояла печь с дымоходом в стене. На полу было много глиняной посуды: разного размера горшки, чаны, деревянные ложки, ковшики, лопатки, формы, очевидно, для заливания в них готового сыра. Тут же стояли три дубовых бочки, наполовину заполненные мутной водой. На потолке висели светильники с подсвечниками, в которых ещё сохранились толстые подгоревшие свечки. Всё это настолько удивило Ольгу, что она с трудом удерживала в себе нахлынувшие эмоции. Весь остаток дня они с Егором отмывали комнату, посуду, стены. Помогло то, что воду набирали в роднике рядом с монастырём. Ближе к вечеру Ольга и Егор подустали, но остались довольны проделанной работой. Закрыв двери в подвал, они отправились обратно в город. В автобусе Егор, прислонившись щекой к окну, моментально заснул, а Ольга, глядя на него, думала о дочери и сыне. Она не знала, как они воспримут новость о том, что их мама пошла в какой-то лес, где, совершенно не зная, что её ждёт, занимается восстановлением столетней сыроварни. Больше всего она боялась, что, если это всё окажется напрасным, она зря истратит оставшиеся деньги. Но отступать было уже некуда: не привыкла она бросать начатые дела и обманывать доверие людей.