Худший в мире актёр – 2

Клянусь, что сниму фильм только когда ты её допишешь и пришлёшь мне. Ты гений!”

Все наишедевральнейшие аккорды звенели в душе Джека. Как он был счастлив! Знала бы Роза, какие новости Джек мог бы ей рассказать. Она была бы просто в восторге. Джек собрался написать ответ, но не знал, что именно сказать. Он успел лишь начать, как вместо четырёх интернетовских полос в углу экрана осталась лишь одна. Паучиха перестаралась, и тяжести её витиеватых путей не выдержала одна из стен – та, что была целой, и паутинка упала. Она, как терпеливый монах, снова взялась за работу.

Джек наблюдал за процессом. Она не торопилась и плела медленно. Прошло три часа. Сеть готова. И паучиха замерла. Джек прикоснулся к ней, но она не подавала признаков жизни. Он спрятал сумку под обломками кирпичей, и тут за дверью послышался шорох. Кто-то вставил ключ в замок и провернул его.

Часть 19. Позорный столб

1

Звуки были неприятны. Шуршания медленные, и ключ не торопился проворачиваться, будто отпирающий дверь наслаждается болью жертвы, ковыряясь в её нервах.

Джек даже ловил себя на мысли, что он соскучился по Иосифу. Он хотел бы поведать этому старику о своих успехах и неприятностях, произошедших за минувшую неделю, но быть фиолетовой лампой серому камню – сам засветишься серым. Интересно, как отреагирует старик, когда увидит разрушенную стену и свободного Джека.

Быть жертвой или наглецом? Казаться жертвой хозяину – значит усыпить его бдительность. Это обезоружит врага. Но так можно слиться с ролью, привыкнуть и забыть, что ты только прикидывался жертвой.

Джек сел на пол у разломанной стены. С наглым видом он сложил прямые ноги на клетку.

Давай, покажи, на что ты способен, папаша.

Дверь открылась. Вошёл похудевший Иосиф. Он медленно спустился до середины лестницы, беглым взглядом осмотрел комнату и разрушенную стену, но своего удивления не показал. На другой стене всё так же красовалась заставка с морем, и старик, спустившись до конца, как бы выходил из этого моря сухим, прямо на берег к Джеку, на бетонную плиту.

На этом каменном полу вальяжно сидел, считая звенья в руках, его сынок Джек. Иосиф смог сказать ему лишь одно слово:

– Приветик.

Джек сказал в два раза больше:

– Приветик, приветик.

Иосиф слегка развёл руками, огляделся ещё раз, чтобы доказать себе небезосновательность своего удивления, и сказал:

– Интересно получается.

Джек изобразил улыбку. Старик посмотрел на стену с морем, потом на Джека. И добавил:

– Да.