Однажды…

”

Это, помимо одиозного сотрудника ФСБ Никитина, его дерзкая помощница и воспитанница Катя Смирнова; раскрывается и образ Митяя – хоть бандита и уголовника, но парадоксальными чертами “любящего отца и мужа”, это – бескомпромиссный и хладнокровный Трофим Пантелеев, он же Тощий, это очень мужественный образ Магомеда Харчиева – трагичная судьба его семьи не может оставлять читателя безразличным, попутно раскрывается, откуда берутся “исламские террористы”; старый аварец – не испорченный цивилизацией простодушный горец, это дополняющийся образ нашего давнего знакомого Магомедказиева – руководителя исламистской общины в Москве…

Все проходит.

И все повторяется ОДНАЖДЫ.., на ностальгической ноте завершается эта необычная история. В конце концов действительно все в руках Всевышнего.

Приятного чтения…

Национализм – это в сравнении доброкачественная опухоль в теле нации, при “благоприятных” условиях переходящая в злокачественную – это фашизм. А иногда и откровенный расизм, когда заявляют на уровне официального лица об этнической несовместимости двух соседних народов.

То есть, один из них должен исчезнуть…

Автор

Часть I

Глава I

Не откладывайте счастье на завтра, можете не успеть…

С племянником старого аварца мы расстались недалеко от здания райцентра. Уже издали я заметил припаркованную у дороги серого цвета “девятку”. А еще через минуту увидел, как двери распахнулись, и Саламова выбежала навстречу.

Она всегда была сдержанна со мной. Потому, я немного со смущением ответил на ее объятия и очень удивился искренней радости в ее прослезившихся глазах.

Кажется, только тогда понял, каким надежным боевым товарищем являлась для меня старший лейтенант Саламова…

– Дурак! – тут не сдержалась Гюля. – Она любила вас. А вы – старший лейтенант, боевой товарищ… Деревце вы неотесанное! Ведь любила, так?

– Так-то оно так… – печально вздохнул Длинный. – Честно говоря, тогда и осознал. Мои мысли всегда были с Джулией, словно она все еще была жива. Я продолжал общаться с нею, советовался, путешествовал в мир сладких воспоминаний… И другой женщины не было не только в моем сознании, но и восприятии.

– Ладно, к этому еще вернемся, – вздохнул он…

…За рулем сидел Расулов. Черные очки, прятавшие его глаза с колючим взглядом, абсолютно не гармонировали с его беспорядочно торчащими волосами и театрально-гордой осанкой, и придавали его обладателю слегка комичный вид. Но попробуй это озвучи.

По дороге узнал последние новости.