Однажды в Москве. Часть II

– …У нас на Кавказе, где, по-твоему, одни звери живут, учат, что для настоящего мужчины честь, интересы и безопасность семьи приоритетнее всего: жизни, всякого сраного долга, ну и всего прочего… Ну, ты понял…

Он нехотя кивнул.

– …Я перед этими пацанами, которые привыкли отвечать за свой базар и требовать это от других, клянусь Аллахом, что, если нас не подведешь, ни одна волосинка не упадет с головы твоего пацана и его мамаши. Ты мне веришь?..

Он вновь слегка кивнул.

– …И, соответственно, наоборот. Митяй, если по рации услышишь, что нас подставили, можешь далее не трепетать над их прической по той простой причине, что волосы без головы никому не нужны будут.

Усек?.. – я впился в него взглядом. – И мы тебя не прикончим. Укоротим немного конечности, в смысле, грабли, копыта, член… Но жизнь оставим. Чтоб ты еще на этом свете почувствовал ад от осознания того, что сам же подвел родных под расход.

Бойцы вокруг одобрительно закивали.

– Все справедливо, – резюмировал Толик. – Теперь флаг тебе в руки, красноперый…

Митяй слегка подтолкнул его к выходу.

Через секунду все трое растворились в снежней белизне.

Наши взгляды с Мансуровым встретились. Думаю, я прочитал тогда в его глазах…

– Презрение! – тут завопила Аталай, которая, кажется, готова была выцарапать глаза рассказчику, не прижми ее вовремя к себе Ганмуратбек. – Презрение! Отвращение! Брезгливость!

– Эй-эй, дамочка… – попытался урезонить ее Бакинец, но через секунду жутко пожалел.

– Заткнись! Тоже мне, мужичек! – обрушилась как фурия на него Аталай.

 – Да у вас нет даже капельки мужества, чтобы вставить слово этому бандиту! Как можно так низко пасть, чтобы взять в заложники женщину с ребенком и шантажировать этим мужа и отца?.. Да пусти меня! – огрызнулась “дивчина” и на Ганмуратбека, скинув его руку с плеч. – Тоже мне, кавалер! Иди к своим баранам…

Тут подключился Прилизанный:

– Да уймитесь вы, наконец. Если вы высказались первая, эта не значит, что остальные думают иначе.

– Вы меня осуждаете? – тихо спросил Длинный.

– Да, да и еще раз да! – Аталай уже превратилась в злую болонку и завизжала. – Я удивляюсь такой наглости! Вы еще надеетесь, что кто-то, будучи адекватным, оправдает ваш бандитский и аморальный поступок?

– Честно говоря, и я не в восторге от услышанного, – сдержанно проявила солидарность Гюлечка. – Неужели не смогли что-то другое придумать?

– Нет, не смог… – честно признался Длинный. – Может, вы смогли бы?

– Я? – растерялась Гюлечка.