Оформитель слов

И вообще, что ты слоняешься из угла в угол?..

– Зерноуборочные комбайны… – важно произнёс я. – Это те, которые ржавеют на сельской свалке и куда запрещено ходить-играть?

– Да.

– А кто тогда урожай собирает?

– Никто. Развалился совхоз. Нет урожая.

Мать кладёт раскатанное тесто в сковородку, где уже нагрелось масло.

– Отца позови, скажи, что обедать будем, – говорит она.

В летней кухне жарко. Пахнет лепёшками. Тихо говорит радио. Отец своими большими ладонями ломает лепёшку и охотно хлебает щи.

– Пап, а если нам оставить пол огорода под пар? – деловито предлагаю я сельскохозяйственную тему для разговора, набравшись всяких терминов из книжки по занимательной агрономии.

– Пар?.. – спрашивает он озадаченно и глядит на мать.

– Да. А ещё мы не станем выкапывать часть картошки и будет весной она озимая.

Родители переглянулись.

– А весной, стало быть, закопаем яровую… – завешаю я умную мысль.

На плите забурчал чайник.

– Что ты целый день всякие ерунду городишь? – говорит отец.

Я беру тёплую лепёшку, кусаю и с набитым ртом поясняю:

– Агрономию изучаю.

Через полчаса я пришёл к своему новому приятелю-однокласснику Кольке. Мы прошлись по селу и вышли к свалке сельхозтехники. Залезли в ржавеющий «Сибиряк». Наугад дёргали рычаги в кабине, пока не надоело. Когда уборка урожая завершилась, мы отправились жевать гудрон и встретили дядю Володю.

Его гусеничный трактор ДТ-75 жутко тарахтел и сотрясал землю. Трактор остановился, и дядя Володя громко поинтересовался, какого хера мы тут делаем возле свалки.

Я сообщил, что водили комбайн. Дядя Володя вылез из своего гусеничного исполина и по-отечески полохматил наши мальчишеские косматые волосы:

– Я войну чуть постарше вас был, когда сел за трактор. Пойдёмте, хлеборобы, – сказал он.

Мы вернулись к «Сибиряку». Дядя Володя доходчиво объяснил, как устроен комбайн, что у него и как работает, точнее, как работало.

Затем дядя Володя укатил по делам.

Колька решительно заявил, что он уже, оказывается, не просто так, а заядлый комбайнер и залез в соседний остов комбайна «Нива».

Следующий час из кабин доносились детские крики:

– Шнек на выгрузку!

– Поднять жатку!

– Бункер пуст!

Ближе к вечеру небо заволокли низкие чёрные тучи и я, совершенно вымотанный уборочной страдой, отправился домой. Присев на скрипучее прясло в конце огорода, задумался о том, что сказать маме.