Мой личный Монстр, или Чувства на грани

Как будто разорвать меня хочет, только вот пока не пойму, обвиняет в чем? Я ж, наоборот, вроде как от Марка его спасла, но вряд ли он поверит.

Я краем уха ловила разговоры парней о непростых отношениях Марка а и Давида. Они не просто соперники – самые настоящие враги. Хотя и ведут себя на людях довольно цивилизованно, чтобы не показывать истинных чувств. Марк скрывает свою ненависть за улыбкой. Но достаточно лишь маленького шанса, небольшого промаха со стороны Давида, и мой бывший друг его разорвет.

По крайней мере, приложит максимум усилий, чтобы уничтожить Давида, и от этого сердце льдом покрывалось.

А если действительно исполнит свои угрозы? Или попытается убить Давида? От Марка и его отморозков можно ожидать чего угодно. Включая убийство.

И как об этом поведать сейчас Давиду? Который все так же пытается прожечь взглядом и не желает выпускать меня из ловушки.

– Давай еще раз, – процедил мужчина сквозь зубы. – Я повторю свой вопрос. Зачем, – пауза, – ты, – еще одна пауза, – появилась, – он снова запинается, не отводя взгляда.

 – В моем мотеле.

– Мне нужна была работа…

– Не ври мне! – и снова громкий рык прямо в лицо, а после удар кулаком в стену.

Аккурат недалеко от моей головы – черт, вот это я попала. Чего ж он нервный-то такой? Верю, не верю – мне то что? Я не могу правду всю рассказать, иначе Марк меня с землей сравняет. А он пока моя единственная надежда на спасение брата.

Надо терпеть, да и Давида впутывать во все это не хочется. Он мне нравится, и зла ему я не желаю.

Наоборот, лучше бы держался и от меня, и тем более от Марка подальше.

Только вот сразу же настроение падает, как представлю… что больше Давида не увижу…

– Что здесь происходит? – голос бабы Нади, как обычно, звучит довольно грозно, на что даже мой спутник реагирует. Приподнимает одну бровь, медленно отрывает руки от стены, и так же медленно поворачивается в сторону открытой двери.

Вот чего, спрашивается, не закрыть ее? Чтобы соседи не видели ничего, а главное – не нафантазировали того, чего и в помине нет.

Особенно баба Надя, хотя именно сейчас я готова ее расцеловать. Вовремя появилась старушенция, хоть передышку можно взять.

– Мы… – запинаюсь, не зная, что бы такого придумать, как Давид берет инициативу в свои руки.

– Кроссворды разгадываем, – делает акцент на первом слове, не сводя взгляда со старушки. Я-то стою практически у него за спиной, глаз его не вижу.

Зато могу лицезреть довольную физиономию бабы Нади.