Строптивая для негодяя

Господи, о чем я думаю?

Трясу головой, прогоняя непрошенные мысли, и захожу в комнату, куда через пять минут начинают прибывать парикмахеры, фотографы и видеооператор.

Девочкам делают прически, а мне – укладку, так как категорически отказываюсь от собранных кудрей, которые сделают меня визуально еще выше. Даже Петровну усаживаем в кресло, хоть она и сопротивляется, и специалисты тут же начинают колдовать над ее внешностью, не слушая никаких возражений.

Пока Катины волосы продолжают собирать в замысловатую прическу, мы с Анютой берем свои наряды и удаляемся в ванную.

Подружка помогает мне застегнуть платье, так как смой это сделать нереально, и я первой подхожу к зеркалу, рассматривая себя.

– Какая ты сегодня красивая, – Анечка улыбается, пристраиваясь сбоку и обнимая меня за плечи. – Утри нос всем сплетницам на сегодняшней свадьбе!

– Ты и сама великолепно выглядишь, – смотрю на девушку сверху вниз.

В темно-зеленом длинном платье Анечка такая милая, что Сторожилову придется разгонять поклонников метлой, если не лопатой.

Мажоры у нас очень наглые, даже не посмотрят на обручальное кольцо.

– Спасибо, – Анюта краснеет.

– Кстати, подарок где?

– Антон принесет чуть позже.

– Хочу вручить его лично Катюхе, пока мы одни, – улыбаюсь, и мы покидаем ванную.

Разгоняем лишний народ из комнаты, так как по традиции подружки должны помочь невесте надеть платье. Конечно же, я видела Миланскую позавчера в салоне Оли Сазоновой, но сейчас, с макияжем и прической, моя лучшая подруга выглядит просто божественно.

Как настоящая принцесса!

Аня звонит Антону и просит его подняться. Фотосессия девушек закончилась, и оператор вместе с фотографами отправляется в комнату мальчиков. Надо же и их запечатлеть на долгую и вечную.

Сторожилов осторожно входит в комнату и замирает на месте, открыв рот. Катюха приседает в реверансе, а Анька усмехается. Сегодня все мужики такие шокированные, или найдется парочка, которая адекватно отреагирует на нашу красоту?

– Катюш, у меня нет слов, – произносит Антон.

 – Королева!

– А как же Анька? – не могу не вставить свои пять копеек. – Императрица?

– Хорош язвить, – подружка подходит к своему мужу и берет его под руку. – На Балабанове своем будешь упражняться.

– Он не мой, – бурчу в ответ.

– Ага, видела я, какая ты возбужденная вошла в комнату, – смеется Анька, а следом за ней и Катюха. – И слышала прекрасно, какие он в коридоре тебе комплименты отпускал.