Потомокъ. На стороне мертвецов

«Впору букет Анне Владимировне поднести… из тех самых, выполотых с клумбы сорняков». И стоило бы… если бы легкомысленная Анна тут же не вышла замуж за такого мерзавца, как старший Лаппо-Данилевский. Мошенника, прохиндея, нарушителя кладбищенского спокойствия и попросту убийцы, увы, непойманного. А потому для всех, кроме Мити, он оставался самым богатым и влиятельным помещиком губернии, гласным в земстве от дворянства и прочее, и прочее.

Внутри дом пах сырой побелкой. Вычищенные печи сверкали обновленными изразцами, да поскрипывали под ногами недавно перестеленные дощатые полы. Митя неприязненно поморщился – ему все же хотелось паркет. Но Свенельд Карлович настаивал «на ремонте по средствам», а отец его безоговорочно поддерживал. Теперь эта доска останется здесь на долгие годы: даже если имение начнет приносить доход, навряд ли захочется снова выносить мебель да заменять полы.

И будет как в деревенской хате: осталось вместо ковров домотканые половики постелить! Когда людям недоступен стиль… он им недоступен, и все.

– Ап-тяп-тяп-тяп, чё деется, деется-от! – Мимо хлопотливо прокатилось нечто, похожее на плотно скатанный комок шерсти, сверкнули крохотные глазки-буравчики. – Молодому панычу наше почтение! Ап-тяп-тяп! – И комок торопливо умелся в анфиладу комнат.

Оттуда немедленно раздался грохот перевернутого ведра, заругался женский голос, а самозваный лакей Степка, приблудившийся к ним в памятный день приезда, да так и оставшийся в доме, пронзительно заорал:

– Говорил тебе: дочиста отмывай, дочиста! Тогда и домовой серчать не будет!

Митя передернул плечами и направился к единственной полностью обставленной комнате в поместье – кабинету управляющего. Анна Владимировна, а вернее, ее новый муж, без всяких угрызений оставив себе многолетние плоды трудов старшего Штольца – от электрических ламп в доме до скифского золота, все же переслал в поместье Меркуловых письменный стол и шкафы с агрономической литературой.

– А, Митя, наконец-то ты соблаговолил уделить нам внимание… среди всего множества твоих важных дел. – Отец обернулся на стук в дверь.