Потомокъ. На стороне мертвецов

 – Да как вы могли подумать! Да будь я мужчиной… нет, будь вы мужчиной, а не мерзким сплетником! Я бы вызвала вас на дуэль! Защищаете? Сами защищайтесь! – И наконечник зонта с силой ткнул Ингвара в грудь… в плечо… в живот… снова в грудь…

– Ай! Лидия! Что вы делаете! Ай! Я ваш друг! Лидия! – закрываясь руками и отбегая от неумолимо настигающей его гневной барышни, вопил Ингвар.

– Колоть таких друзей надо! Как каплунов! – вопила в ответ Лидия, азартно сдувая со лба выбившийся из косы золотой локон, и колола, колола, колола…

Так что Митя даже залюбовался: маленькая, стройная, злая, как оса… Может, не стоит с ней расставаться? Хотя… Кто знает, что за барышни ждут его в губернском городе? Наверняка грубые и неотесанные провинциалки… Но будет все же неосмотрительно связать себя с Лидией чем-то бо?льшим, чем летний флирт, не побывав хотя бы на губернаторском балу.

– Дмитрий Аркадьеви-ич! – уже издалека прокричала Лидия. – Маменька велела передать, чтоб в Екатеринославе вы с батюшкой нас навести-или-и! Всенепременно-о-о! А вы не смейте меня за руку хватать! Вот вам, вот… Негодяй! – И она снова кинулась в погоню за суетливо лавирующим Ингваром, продолжая колоть его зонтиком.

Глава 2

Жизнь по средствам

Митя задумчиво покивал, потом покачал головой и, так ничего и не решив, зашагал по тропинке к поместью. Следы двухмесячной работы их нового управляющего, Свенельда Карловича, были видны даже здесь. Еще недавно едва заметная тропка через заросший парк теперь была выложена кирпичом, да и парк если не подстрижен – не до садовника им пока, – то хотя бы все кучи старого мусора вывезены, а сломанные деревья распилены на дрова.

Митя нагнулся, нырнул под нависающую ветку и выбрался к цветнику перед домом. С присущей Свенельду Карловичу немецкой аккуратностью цветник был обложен бордюром из того же битого кирпича и перекопан, ни одного из беззаконно разросшихся полевых цветов не было оставлено. Помещичий дом красовался свежей побелкой на деревянных, а теперь снова успешно прикидывающихся мраморными колоннах, новехонькой крышей и заново вставленными стеклами в окнах. Право же, за это можно простить Свенельду Карловичу даже такого братца, как Ингвар. Когда Анна Владимировна, бывшая супруга Свенельда Карловича, потребовала у строгого и экономного супруга развод, выставив его вон из возрожденного его трудом, но принадлежащего ей имения, это, конечно, стало ударом для братьев Штольц… и удачей для Мити и его отца.