Чертежи волшебства

 – Что у них с вероисповеданием?

– Язычники, – Риккардо перевернул страницу. – Боги на любой вкус, цвет и кошелек.

– А Бог виноделия у них есть? – чуть ли не с мольбой спросил Айван.

– Все грезишь ролью Диониса? – Найда воздела глаза к потолку, – не надоело еще?

– А что такого? Он знал толк в красивой жизни!

– …и часто изображался с рогами на голове, – добавил Шимаэл, – тебе было бы в самый раз.

– Да ты сам-то, профессор, – Айван подался вперед и выпятил челюсть, – по ночам, небось…

– Стоп, машина! – Сейра ударила кулачком по столу.

– «Так мы ж любя…», – передразнил коллегу Шимаэл.

– Я вынужден прервать вашу дискуссию, – подал голос Риккардо, – поскольку вопросов у нас осталось еще много, а времени мало. Так что, если позволите…

– Да, конечно, – ответила за всех Сейра.

– Отлично! Насчет Гереона я не успел сообщить вам еще один немаловажный момент, – капитан аккуратно положил вторую пачку листов поверх материалов по Кобалгу-4, – дело в том, что именно там Теодор подцепил свою песчаную лихорадку.

В комнате повисла тишина, чем-то напоминающая потрескивание остывающего двигателя. У всех в памяти были еще свежи воспоминания и о панике, охватывавшей целые планеты, и о жестких карантинных мерах, когда для удержания ситуации под контролем даже приходилось привлекать армию. При малейшем подозрении на заражение, любой приблизившийся без разрешения корабль тогда могли просто расстрелять без особых церемоний.

– С «Гоп» мы немного поторопились, – пробормотал Чак.

– Все самое вкусное, как и всегда, наш кэп оставил на закуску, – хмыкнул Айван.

– Итак, Клисса, – Риккардо наставил на него свернутые в трубочку листы. – Здесь нет никакого тайного умысла, планеты выстроены по уровню развития, только и всего.

– Да мне-то все равно, – отозвался здоровяк, демонстративно отхлебнув пива, – лишь бы и этот вариант по какой-нибудь дурацкой причине не отпал, иначе у нас удивительно бессмысленное заседание получится.

– Пока я никаких подводных камней не нащупал, – капитан снял скрепку и разложил бумаги на столе. – Тут мы имеем развитое сельское хозяйство, кой-какую промышленность и даже элементы машинного производства с использованием паровых приводов. Вся цивилизация, впрочем, сосредоточена в центральных крупных городах, а периферия живет попроще.