Возвращение Прометея

Рациональный мозг ученого выдвигал самые подходящие предположения, одно лучше другого. Очевидно что ни ветер, ни белки, ни птицы тут ни причем; и это не иллюзия и не наваждение. Скорее всего это искусственное сооружение, зачем-то воздвигнутое здесь с непонятными государственными или коммерческими целями, пока они отсутствовали. Может быть даже какая-то вещательная или радиолокационная вышка. Или какое-то военное сооружение. Вот только почему он раньше его не замечал?…

– Аким! – окликнула его Вероника.

Она смотрела на него нахмурившись и нетерпеливо спросила – Ты всё? Можно расходиться?

Они даже не видели что происходит за их спинами.

Неожиданно сияние купола стало тускнеть и оказалось, что на самом деле он почти абсолютно черный, а свет, придававший ему нестерпимый блеск, исходит из множества голубых шаров размещенных ровными рядами на поверхности и гранях, и теперь горевших не ярче карманных фонариков. Пирамида плавно пришла в движение и придвинулась ближе к дому, срезая как ножом своей нижней гранью, которая вовсе не торчала из земли, а наоборот находилась в нескольких метрах над дорогой, старые яблони возле забора и едва не задела внедорожник припаркованный у калитки.

Она двигалась бесшумно, если не считать легкий шелест воздуха, который благодаря силе трения все-таки создавал какие-то звуки, и, конечно, оглушительный, почти осязаемый треск ломаемых деревьев.

Нет, это не могло быть ни локатором, ни комбайном ни чем-то еще, что вписывалось бы в привычную картину мира и что можно было бы игнорировать как ни в чем не бывало.

Это не призрак и не дуновение ветра – это что-то такое, что представляет угрозу прямо сейчас и здесь, а не где-то на «бедном черном континенте», и не какому-то обобщенному человечеству, а конкретно его собственной семье, его детям. Раз оно ломает деревья, то способно и убить.

Страх вывел его из ступора. Он выронил телефон и закричал:

– Ника! Хватай детей… бегите отсюда!

Жена стояла слишком близко к стене дома и не могла видеть как стальная махина режет пятидесятилетние деревья посаженные еще её дедом, но зато прекрасно расслышала их предсмертный треск и, обернувшись, увидела наконец-то возвысившуюся над домом четырехгранную оконечность пирамиды, надвигавшуюся как штормовая волна.

Тень протянулась над всем участком и стало не только темно, но и холодно, хотя возможно это была лишь игра воображения. Вероника конечно же закричала.