Возвращение Прометея

Мангал перевернулся и от горячих углей занялась сухая трава, оранжевые огоньки вспыхивали тут и там и казалось что Вероника просто суетится пытаясь их затоптать. Голос её действительно стал глуше. Дети прижались к стене дома и обняв друг друга смотрели вверх.

Что это значит, «летишь»?

Он посмотрел на пирамиду. Отверстие с прожектором было теперь на одном уровне. Луч не слепил, но казалось стал более плотным, не рассеивался по сторонам, а полностью был направлен на него. И это не было похоже на свет.

Только сейчас, приглядевшись, Аким заметил что в « световом» потоке двигаются какие-то белые прожилки, словно разогнавшиеся до космической скорости жуки-светлячки, или размытые следы автомобильных фар заснятые на скоростную камеру.

Это была какая-то неизвестная, концентрированная энергия. Судя по тому, как она протянувшись от пирамиды обволокла и изолировала его от окружающего мира, словно сжала в кулаке, хорошо поддавалась управлению. Оставался вопрос – кто управляет этой энергией?

Белые «светлячки» сновали перед глазами и со всех сторон куда мог дотянутся взгляд, ткали пусть и прозрачную, но уже зримую пелену.

Дом, деревья и обессиленная жена, всё покрывалось этой пленкой. Он чувствовал что первоначальный дикий испуг прошел, тело погружается в невидимую теплую ванну полную лечебной грязи, появляется чудовищное желание закрыть глаза и заснуть.

Остановись. Успокойся. Засыпай.

Вероника упала на землю и сотрясаемая рыданиями обхватила голову, дети бросилась к ней на помощь и как могли обняли.

Невероятным усилием воли Аким разорвал накатившую тошнотворную слабость и закричал:

– Ничего страшного не происходит, если бы они хотели меня убить то уже давно сделали бы это!

Что он хотел этим сказать? Пытался успокоить? Наверное ничего более глупого невозможно было бы придумать. А что еще остается? Кричать, плакать, взывать о помощи? Молиться? Он сам не мог абсолютно уверенно объяснить то, что с ним происходит, а значит не имеет права говорить о не проверенных догадках.

Наверное Вероника услышала его и приподнялась. Она протянула руки и что-то кричала, но слов разобрать было невозможно. Вероятно материя или энергия, которая обездвижила его, заглушает и окружающий мир. Вероника скорее всего, тоже его не слышит, хотя он поднялся только на уровень крыши их старого одноэтажного дома и парил, самое большее в шести-семи метрах над землей.

Хорошо сказано, Аким Иванович. Парил.